Наука о человеке и обществе

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 

Единственная и важнейшая перемена, коснувшаяся самопознания человека, была в XIX столетии связана с теорией эволюции. Но наряду с этим произошло и другое, хотя и менее яркое, но значимое событие: появилась статистика. Сегодня невозможно представить, чтобы в качестве показателя жизни человека и общества не привлекались статистические данные. Например, для изучения возможного влияния окружающей среды на развитие болезней мы собираем сведения об их распространении в зависимости от условий жизни человека, его профессии и даже определенных привычек (курение и гиподинамия). На основе этих данных делают, например, такие выводы: «Люди, занятые работой X, на 80 процентов больше подвержены заболеванию Y». Эти выводы позволяют нам считать статистические данные весомым доказательством того, что одни вещи обусловливают другие, даже если сама причина возникновения подобной связи нам неизвестна.

При анализе статистических данных, который провел французский социолог Эмиль Дюркгейм30 (1858—1917) выяснилось, что в поведении людей обнаруживаются такие склонности, которые можно измерять и предсказывать. Дюркгейм пришел к заключению, что с помощью статистики можно выводить «социальные законы», воздействие которых на человека заставит его поступать определенным образом. Разумеется, тогда (впрочем, как и теперь) не считали, что на основе статистики можно выводить законы, подобные физическим. Выбор действий каждого человека не может жестко определяться этими законами. Но на социальном уровне и для достаточно большого контингента людей линию поведения можно предсказать.

Эти открытия способствовали постижению понятия свободы. Если существуют статистические законы, то свободны ли в своих действиях исследователи, составляющие статистику, на которой данные законы и основываются? Не вынуждены ли они, хотя и неосознанно, следовать некоей социальной тенденции?

В политическом отношении XIX век был веком Карла Маркса (1818—1883). Предприняв анализ исторических причин общественных противоречий и соотнеся их с классовым устройством общества, он сумел взглянуть на социальную жизнь сквозь призму политических законов. Так были заложены основы науки о человеческом поведении в этой сфере. Позже, в ХХ веке, некоторые философы (например, Поппер) определят марксизм как лженауку на том основании,  что противоречивость приводимых Марксом доказательств говорила лишь о выгодной интерпретации фактов, а никак не об истинности выдвигаемых им положений. И все же теория Маркса претендует на научность в изучении человеческого общества, хотя он вывел ее не ради постижения действительного положения вещей, а ради его изменения31.

Таким образом, ученые обратили пристальное внимание на человека. Его поведение стало предметом научного исследования, а ключевым понятием оказалось понятие свободы. Если я ощущаю себя свободной личностью, каким образом социолог может говорить о предсказуемости моего поведения?

Огромным достижением науки XIX века, исключительно повлиявшим на процесс самопознания человека, явился прорыв к самим истокам вопроса о том, что же такое человек, и этим прорывом наука обязана теории эволюции.