Понятие и виды внешнеэкономических отношений
Эффективное правовое регулирование в любой сфере обще-
ственных отношений немыслимо без определения основных харак-
теристик этих отношений как специфического объекта правового
воздействия1, поскольку отграничение отношений данного вида от
общего конгломерата общественных отношений является системо-
образующим фактором для конструирования теоретической моде-
ли регулирования.
При разрешении вопросов, связанных с обособлением средств
правового воздействия, необходимо в первую очередь определить
такую категорию, как «объект права». «Проблема объекта все-
гда стоит в качестве основной (хотя и не единственной) при опре-
делении того, является ли данная совокупность норм системой,
подсистемой или отраслью (либо подотраслью) права»2. Поэто-
му совершенно оправдано пристальное внимание, которое уделя-
ется данной составляющей практически в любой отраслевой юри-
дической науке.
Вместе с тем, парадоксально, что внешнеэкономические
отношения как объект правового воздействия (регулирования) те-
оретически не определены, хотя в научный оборот уже вводятся
такие категории, как «внешнеэкономическое законодательство» и
даже «внешнеэкономическое право»3, а на повседневном учебно-
методическом и правоприменительном уровне существование обо-
собленных внешнеэкономических отношений не подвергается со-
мнению. А.П.Вершинин, например, употребляет термин «внеш-
неэкономические отношения», не заостряя внимания на его содержании, как синонимичный понятию «внешнеэкономическая
деятельность»4.
Правовая литература в настоящее время оперирует такими
категориями, как «международные экономические отношения»,
«внешнеэкономические связи», «внешнеэкономическая деятель-
ность». Необходимо обозначить соотношение указанных категорий
и определить, к каким объективно существующим явлениям жизни
общества они применимы.
Устоявшимся в юридической литературе является термин
«международные экономические отношения». Следует отметить,
однако, что теоретически выверенного подхода к отграничению
данного вида отношений от иных, сходных по составу и признакам,
до сих пор нет. Обычно международные экономические отношения
определяются через обобщенное понятие «международные отно-
шения» с перечислением признаков, дающих основание причислить
эти отношения к категории «экономических».
Следует отметить, что в современной правовой литературе
теоретические понятия «общественное отношение» и «правоотно-
шение» зачастую смешиваются5. Вместе с тем правоотношением
является общественное отношение, урегулированное нормами пра-
ва. Юридическая наука обращается в основном с категорией «пра-
воотношение», поскольку общественные отношения интересуют ее
лишь в той мере, в которой они реально либо потенциально подле-
жат правовому регулированию. Однако смешение категорий не дает
возможности определить предмет правового регулирования для
конкретной отрасли (системы, подсистемы) права. Результатом
такого смешения является определение предмета регулирования
«через самого себя» – предметом n-й отрасли права являются об-
щественные отношения, урегулированные n-м правом. Особенно это
заметно в юридических науках международного цикла6.
Так, Г.М.Вельяминов указывает, что «под международными в
международном экономическом праве (МЭП) понимаются отно-
шения между государствами, а также другими субъектами меж-
дународного публичного права, а к экономическим относятся торговые, коммерческие отношения в широком смысле слова, вклю-
чая торговлю в узком ее понимании, а также отношения производ-
ственные, научно-технические, валютно-финансовые, в областях
транспорта, энергетики, интеллектуальной собственности, туризма
и т.п. Критерием разграничения сфер применения МЭП и других
отраслей международного публичного права служит наличие ком-
мерческого элемента, иными словами в сферу действия МЭП вклю-
чаются те отношения, в которых присутствует элемент торговли в
широком смысле, то есть не только купля-продажа, но, возможно,
аренда, подряд, мена, найм, заем, лизинг, договор перевозки и т.п…
Нормы международных конвенций, касающихся, например, морс-
ких или воздушных перевозок грузов и пассажиров, оправдано от-
носить к международному экономическому праву в той части этих
конвенций, которые трактуют торгово-экономические, коммерчес-
кие отношения»7.
Таким образом, по Г.М.Вельяминову, международными эконо-
мическими являются отношения, принадлежащие к разряду меж-
дународных, но обладающие при этом «коммерческим элементом».
Расплывчатость указанной формулировки, вероятно, очевидна и
самому автору, который отмечает далее, что «сложным является
вопрос о соотношении МЭП и международного частного права
(МЧП)». Г.М.Вельяминов отграничивает международное экономи-
ческое право от международного частного по субъектному соста-
ву: субъектами МЭП являются субъекты международного публич-
ного права, а субъектами МЧП – прежде всего субъекты нацио-
нальных систем права8. Экстраполяция указанного утверждения на
категорию международных экономических отношений приводит к
выводу о том, что, они, в отличие от международных частных, воз-
никают между субъектами международного публичного пра-
ва. Таким образом, логическим продолжением рассуждений
Г.М.Вельяминова является вывод о том, что международные эко-
номические отношения есть отношения коммерческого (экономи-
ческого) характера между субъектами международного публич-
ного права.
В.М.Шумилов, характеризуя качественный состав междуна-
родных отношений экономического характера, указывает на това-
ропотоки («это лишь часть системы международных экономичес-
ких отношений», – пишет автор); финансовые потоки; движение рабочей силы; имущественных и неимущественных прав; капитала
(инвестиций); интеллектуальной собственности и т.д.9. «Предста-
ющая в движении указанных факторов система МЭО является
объектом (выделено автором – О.Т.) международно-правового
регулирования, а каждое из перечисленных выше «составляющих» –
предметом контрактов и международных договоров, правоотноше-
ний, вытекающих из внутреннего права и международного права»10.
В.М.Шумилов выделяет в понятии международных экономичес-
ких отношений два самостоятельных уровня: 1) отношения между
субъектами международного права, к которым в основном отно-
сятся государства и международные организации; («именно эти
отношения в сфере МЭО, – пишет автор, – регулируются междуна-
родным экономическим правом»); 2) отношения между субъекта-
ми хозяйственной деятельности, физическими и юридическими ли-
цами разных стран, «эти отношения регулируются внутренним пра-
вом каждого государства, международным частным правом»11.
Таким образом, с точки зрения В.М.Шумилова, к междуна-
родным экономическим отношениям следует отнести как отноше-
ния, складывающиеся между субъектами международного публич-
ного права, так и те, которые возникают в сфере деятельности фи-
зических и юридических лиц. Однако только первая категория
является объектом регулирования международного экономическо-
го права. При этом автор указывает на тенденцию к переходу все
большего числа вопросов из-под регулирования исключительно внут-
ренним правом под регулирование с участием международного пра-
ва или в основном международным правом12.
Проблема определения международных экономических отно-
шений осложняется еще и тем фактом, что международное эконо-
мическое право – та правовая конструкция, для которой, собствен-
но, и требуется указанное определение – к настоящему времени
находится лишь в стадии формирования теоретико-правового фун-
дамента13.
Обобщая изложенные подходы, следует признать, что четких
и недвусмысленных критериев, позволяющих очертить круг международных экономических отношений, в литературе пока не выра-
ботано. Определение указанных отношений осуществляется, соот-
ветственно наименованию, с двух позиций: «международного» и
«экономического» их характера. Причем понятия «международный»
и «экономический» с точностью не определены. Так, одни авторы
международными называют любые общественные отношения, так
или иначе выходящие за внутригосударственные рамки14. Другие
авторы термин «международный» применительно к отношению
употребляют в том случае, если рассматриваемое отношение мо-
жет (по субъектному составу и/или в силу иных критериев) являть-
ся объектом международного права. В этом случае междуна-
родные экономические отношения понимаются как межгосудар-
ственные, «межвластные»15. В противном случае употребляются
термины «транснациональный»16, «экстратерриториальный»17, «ос-
ложненный иностранным элементом»18, «связанный с несколькими
правопорядками»19 и др.
Характеристика «экономический» в качестве квалифицирую-
щего признака международных экономических отношений еще бо-
лее аморфна. Большинство авторов определяют экономические
отношения простым перечислением наиболее распространенных
видов: финансовые, транспортные, валютные, инвестиционные и т.д.
Однако не будет ошибкой констатировать, что по смыслу большин-
ства научных работ экономическими признаются те отношения, в
которых связь с материальными интересами субъектов (прибыль,
собственность, деньги, финансы, иные материальные блага) не просто присутствует или прослеживается (такое присутствие наблю-
дается в абсолютном большинстве любых общественных отноше-
ний), – а является основной, доминирующей, главенствующей.
Как уже указывалось, в новейшей юридической и экономичес-
кой литературе активно используются выражения «внешнеэконо-
мическая деятельность» и «внешнеэкономические связи»20. Совер-
шенно очевидно, что названные термины имеют смысл, весьма
близкий к понятию международных экономических отношений.
Популярное в настоящее время понятие «внешнеэкономичес-
кая деятельность», или ВЭД, определяется как «процесс реализа-
ции внешнеэкономических связей», которые в свою очередь пред-
ставляют собой «международные хозяйственные, торговые, поли-
тические отношения, включающие обмен товарами, различные
формы экономического содействия, научно-технического сотруд-
ничества, специализацию, кооперацию производства, оказание ус-
луг и совместное предпринимательство»21. А.П.Вершинин полага-
ет, что «внешнеэкономическая деятельность складывается из дея-
тельности граждан и организаций, которая, с одной стороны,
является экономической, а с другой – «внешней». При этом основ-
ной акцент делается не на термин «деятельность», а на раскрытие
признаков – экономической (хозяйственной) деятельности и ее
внешнего характера22.
В свое время автором настоящей монографии предлагалось
определить внешнеэкономическую деятельность как «комплекс
хозяйственных отношений, связанных с международным экономи-
ческим сотрудничеством». При этом подчеркивалось, что «внеш-
неэкономическая деятельность представляет собой обособленный
комплекс хозяйственных отношений, характеризующийся са-
мостоятельностью, целостностью, спецификой регулирования, име-
ющий собственный понятийный аппарат, а также специальный пра-
вовой методологический инструментарий, присущий только указан-
ным отношениям»23.
Еще один часто употребляемый термин – «внешнеэкономические связи» – также не получил в литературе однозначной трактовки. По мнению А.Ф.Прокушева, внешнеэкономические связи
представляют собой «международные хозяйственные, торговые,
политические отношения, включающие обмен товарами, различные
формы экономического содействия, научно-технического сотруд-
ничества, специализацию, кооперацию производства, оказание ус-
луг и совместное предпринимательство»24. В.В.Покровская пола-
гает, что «смысл внешнеэкономических связей состоит в безус-
ловном обеспечении экспортных поставок для федеральных
государственных нужд и межгосударственных экономических, в том
числе валютно-кредитных, обязательств и межправительственных
торговых соглашений»25.
Автор настоящей работы придерживается позиции, согласно
которой целью внешнеэкономических связей в отличие от внешне-
экономической деятельности «не является непосредственно получе-
ние прибыли. Их смысл состоит в разработке единой внешнеэконо-
мической политики страны, координации деятельности государствен-
ных органов и субъектов хозяйствования, обеспечении экспортных и
импортных поставок для государственных нужд, а также в исполне-
нии межгосударственных обязательств и торговых соглашений. Та-
ким образом, под внешнеэкономическими связями следует понимать
деятельность управомоченных субъектов (как правило, государства
в лице компетентных органов) по обеспечению эффективного прове-
дения внешнеэкономической политики»26.
Безусловно, и термин «внешнеэкономическая деятельность», и
термин «внешнеэкономические связи» имеют право на существова-
ние, и их применение в законодательстве и литературе оправдано в
той мере, в которой они отражают специфику описываемых явлений.
Однако разработка концептуальных основ правового регулирования
может осуществляться только с применением допустимой для дан-
ной научной сферы терминологии. В теории права объект правового
воздействия (регулирования) обозначается терминами, содержащи-
ми в своем составе общепринятую категорию «отношение». Поэто-
му достоверность выводов теоретико-правового характера может
быть обеспечена лишь в том случае, когда речь будет идти не о
внешнеэкономической деятельности или внешнеэкономических свя-
зях, а о внешнеэкономических отношениях.
Разумеется, такая замена не может быть осуществлена без
учета различий в содержании рассматриваемых понятий. Так, внеш-
неэкономическая деятельность (в общеупотребительном смысле)
представляет собой отношения экономического характера, склады-
вающиеся между субъектами хозяйствования – физическими и/или
юридическими лицами. По субъектному составу эти отношения та-
ковы, что они не могут быть объектом международно-правового
регулирования, и в силу этого они регулируются национальным (внут-
ригосударственным) или международным частным правом. Что ка-
сается внешнеэкономических связей, то они должны быть обозна-
чены как внешнеэкономические отношения с участием субъектов
международного права.
Таким образом, в структуре внешнеэкономических отношений
имеются два различных, но взаимозависимых уровня: внешнеэко-
номические отношения частных (физических и/или юридических)
лиц – внешнеэкономические отношения на микроуровне; и внешне-
экономические отношения субъектов международного права (го-
сударств, межгосударственных и межправительственных образо-
ваний) – внешнеэкономические отношения на макроуровне.
Двухуровневая структура международных отношений эконо-
мического характера также отмечалась в правовой литературе27,
или во многих случаях подразумевалась авторами, исследовавши-
ми международную экономическую проблематику28. Указывалось,
что международные экономические отношения возникают как на
уровне субъектов хозяйствования, так и на уровне государств и иных
субъектов международного публичного права.
Таким образом, нельзя не заметить, что названные категории:
«международные экономические отношения» и «внешнеэкономичес-
кие отношения» – обладают значительным сходством и даже обо-
значают в ряде случаев одни и те же объективно существующие
явления. Тем не менее, несмотря на это, разграничение указанных
категорий имеет принципиальное значение.
В отличие от термина «международные экономические отно-
шения», который обозначает любые экономические отношения,
складывающиеся между субъектами в международной жизни об-
щества, термин «внешнеэкономические отношения» не может упот-
ребляться вне связи с определенной «точкой отсчета», в качестве
которой выступает то конкретное государство (иное территориальное или институциональное образование), по отношению к которо-
му рассматриваемые явления имеют характеристику «внешние».
Иными словами, «внешнеэкономическими» отношения выступают
лишь в непосредственной связи с национальным (в данном случае –
белорусским) правопорядком. Таким образом, «внешнеэкономичес-
кими» для целей настоящего исследования должны быть названы
лишь те международные экономические отношения, хотя бы одной
из сторон которых является белорусское государство или бело-
русское физическое/юридическое лицо.
Однако соотношение понятий «международные экономические
отношения» и «внешнеэкономические отношения» не может быть
сведено лишь к простой формуле: «внешнеэкономические отноше-
ния есть международные экономические отношения с участием бе-
лорусского или иного первоначально заданного национального субъек-
та». Имеется еще одна, сущностная, смысловая, содержательная
сторона соотношения рассматриваемой категориальной пары.
Выше уже указывалось, что юридическая наука занимается,
по большому счету, не общественными отношениями вообще, а
правоотношениями. Иными словами, правовая наука изучает толь-
ко те отношения, которые регулируются правом (причем, в идеале,
конкретной правовой отраслью), и лишь постольку, поскольку они
урегулированы нормами права (или должны быть урегулированы,
или должны быть урегулированы иначе, чем это есть в действи-
тельности, и т.д.). С позиций возможностей правового воздействия
международные экономические отношения и внешнеэкономичес-
кие отношения имеют диаметральные различия.
Правовое регулирование международных экономических от-
ношений осуществляется международным правом посредством
присущих данной правовой системе методов. Международно-пра-
вовое регулирование осуществляется путем создания юридически
обязательных правил поведения, установления прав и обязаннос-
тей государств и других субъектов международного права29. Нор-
мы международного права создаются самими субъектами этой
системы права, прежде всего государствами, путем согласования
воль30. Постольку, поскольку воля национального государства яв-
ляется источником формирования норм международного права (зак-
лючение международных договоров, признание международных
обычаев, участие в разработке и применение общих принципов
международного права), – национальный законодатель, конечно же, осуществляет правотворческие функции, в том числе и в сфере
международного права. Вместе с тем воздействие национального
законодателя на международные экономические процессы заведо-
мо ограничено.
Указанное воздействие ограничивается, во-первых, суверени-
тетом иных участников международных экономических отношений,
монопольно обладающих правотворческими полномочиями в отно-
шении экономических процессов, происходящих в пределах их тер-
ритории или с участием их национальных субъектов.
Во-вторых, «любой субъект международного права никогда не
подчиняется всем существующим нормам международного права.
Он является субъектом международного права потому, что на него
распространяет свое действие часть этих норм»31. Международ-
но-правовая система складывается из общего международного
права, которое «распространяет свое действие на всех субъектов,
на все государства и международные организации», «опирается на
презумпцию универсальности действия его норм, поскольку явля-
ется правом международного сообщества в целом»32, и партику-
лярного международного права, которое выражает особые инте-
ресы ограниченного круга государств и для формирования которо-
го необходимо согласие всех заинтересованных государств. В
отношении партикулярного международного права понятно, что на-
циональный законодатель вправе претендовать на правотворчес-
кие полномочия лишь постольку, поскольку он является непосред-
ственным участником регулируемых отношений. Что же касается
общего международного права, то оно «создается и изменяется
общими усилиями субъектов, международным сообществом в це-
лом. Это не означает полного единогласия. Имеется в виду доста-
точно представительное большинство, представительное не толь-
ко в количественном отношении. Оно должно представлять основ-
ные политические и правовые системы, а также все континенты…
В международном сообществе… обнаруживается тенденция к ро-
сту роли представительного большинства»33. Указанное обстоятель-
ство также ограничивает возможности национального законодате-
ля, который, по сути дела, принимает непосредственное (причем
активное, а не пассивное) участие в регулировании лишь тех меж-
дународных отношений, в которые вступает данное государство.
При этом правовое регулирование в силу специфики международ-
ного права осуществляется совместно, согласованно с другими
участниками данного международного отношения. Следователь-
но, воля национального законодателя в случае партикулярного ре-
гулирования ограничивается необходимостью достижения компро-
миссных решений, а в формировании норм общего международно-
го права национальный законодатель в ряде случаев вынужден
ограничиваться пассивным принятием (непринятием) норм, изда-
ваемых представительным большинством, либо у него нет и такой
возможности выбора, а есть только вариант «принять».
Отсюда понятно, что, в-третьих, возможности правового воз-
действия национального законодателя на международные эконо-
мические отношения ограничиваются также реальным экономи-
ческим и геополитическим статусом данного государства.
Следует отметить, что не в традициях отечественной юридичес-
кой науки оценивать политические факторы в связи с правовой про-
блематикой. Наука международного права базируется на постула-
те суверенного равенства государств. Догма международного пра-
ва не позволяет говорить о преимуществах определенных субъектов,
дающих им основания доминировать или вообще единолично осу-
ществлять регулирующие функции в сфере действия суверенных
субъектов34. Более того, любой намек на правовое закрепление
такого доминирования уничтожил бы саму идею международного
права. Поэтому юристы очень сдержанно обсуждают фактичес-
кие обстоятельства международного правотворчества, расстанов-
ку сил и реальное влияние конкретных государств35.
В то же время в современной геополитике бесспорным явля-
ется факт, что главенствующую роль в осуществлении и, соответ-
ственно, регулировании международных экономических отношений
играет десяток государств, в число которых Республика Беларусь
на сегодняшний день не входит36.
По мнению И.И.Лукашука, «юристы пока не в состоянии адек-
ватно решить проблему соотношения политики и международного
права»37. Тем не менее следует, очевидно, признать, что явное не-
равенство различных государств на мировой арене не является пря-
мым противоречием действующим международно-правовым нор-
мам. Международное право, как и право вообще, есть равная мера
к неравным субъектам38. Никогда еще провозглашаемое правом
юридическое равенство не приводило к достижению фактического
равенства субъектов, которым адресуются правовые нормы. Пра-
вовых оснований к доминирующей роли отдельных государств в
формировании общего международного права нет и быть не мо-
жет. Тем не менее доминирующая роль «семерок», «десяток», «со-
юзов» и т.п. образований в международной экономической жизни –
реальный факт, который не может не влиять на выработку страте-
гических направлений внешнеэкономической политики и правотвор-
ческой деятельности Республики Беларусь, равно как и любого
другого суверенного государства. Роль Республики Беларусь в со-
временной мировой экономике незначительна, что имеет решаю-
щее значение при определении ее реальной роли в процессе «согла-
сования воль» между государствами, осуществляющими правовое
регулирование в заданном секторе мирового хозяйства.
Изложенное дает основания утверждать, что регулирующее
воздействие национального государства (в данном случае Респуб-
лики Беларусь) на международные экономические отношения хотя
и имеет место, однако является ограниченным и в значительной
степени несамостоятельным.
В отличие от международных экономических отношений,
внешнеэкономические отношения находятся в сфере воздей-
ствия национального законодателя. В этом коренное (сущно-
стное, как указывалось выше) отличие внешнеэкономических от-
ношений. Это отличие является решающим и для разграничения
внешнеэкономических и международных экономических право-
отношений. В то время как международные экономические пра-
воотношения есть международные отношения, регулируемые меж-
дународным правом, внешнеэкономические отношения представ-
ляют собой международные (а также связанные с ними
внутригосударственные, о чем пойдет речь ниже) отношения с
участием данной конкретной страны (Республики Беларусь), и ре-
гулируемые национальным правом с учетом норм общего и парти-
кулярного международного права.
До сих пор категории «международные экономические отно-
шения» и «внешнеэкономические отношения» в правовой науке не
разграничивались. В то же время, как представляется, обозначе-
ние предмета исследования категорией «международные экономи-
ческие» отношения задает такому исследованию определенный
вектор, не позволяющий выйти за рамки традиционного для науки
международного права угла зрения и развернуться «лицом» к
практическим потребностям национальной системы права.
Следует подчеркнуть, что объективно международные эконо-
мические и внешнеэкономические отношения не представляют со-
бой в корне различающиеся, самостоятельные явления обществен-
ной жизни. Существующие в реальной действительности обще-
ственные отношения в сфере экономики могут быть обозначены и
как международные, и как внешнеэкономические. Если взять, на-
пример, заключение международного соглашения о предоставле-
нии займа, одной из сторон которого выступает белорусский субъект
как национальный субъект государства, принятого за «точку от-
счета» для квалификации понятия «внешний», – то такое отноше-
ние в равной степени является и международным экономическим,
и внешнеэкономическим. Однако если рассматривать указанное
отношение как «международное экономическое», то акцент неиз-
бежно будет сделан на международно-правовые аспекты согла-
шения (международно-правовую процедуру его заключения, меж-
дународно-правовую ответственность за ненадлежащее исполне-
ние, международно-правовые правила прекращения обязательства
и т.п.). В случае же оценки такого отношения как «внешнеэкономи-
ческого» логическое ударение делается на его национально-
правовую сущность: соответствие Конституции и законодатель-
ству, внутренние экономические и юридические последствия, наци-
онально-правовые механизмы государственного (общественного)
контроля над исполнением соглашения теми органами, на которые
это исполнение возлагается, принципиальная возможность и преде-
лы национальной юрисдикции по соглашению и т.д.
Таким образом, внешнеэкономические отношения не есть
объективно самостоятельная группа общественных отношений,
отличная от традиционно обозначаемых международных экономи-
ческих отношений, а представляет собой самостоятельный ра-
курс оценки указанных отношений, и прежде всего оценки с пози-
ций национально-правовых характеристик указанных отношений, в
том числе реальной возможности и перспектив их национально-пра-
вового регулирования.
Классификация внешнеэкономических отношений может быть
проведена по многим критериям, исчерпывающий список которых,
разумеется, привести нельзя, поскольку критерии разграничения в
любом случае избираются субъективно, исходя из целей исследо-
вания. На данном этапе может быть предложена следующая клас-
сификация.
I. По субъектному составу
1. Внешнеэкономические отношения с участием государств и
производных образований, т.е. субъектов международного публич-
ного права.
2. Внешнеэкономические отношения, одним из субъектов кото-
рых является белорусское или иное первоначально заданное как «точ-
ка отсчета» государство, а другим (другими) субъектами являются
иностранные частные юридические и/или физические лица.
3. Внешнеэкономические отношения, одним из субъектов ко-
торых выступает белорусское частное (физическое или юридичес-
кое) лицо, а другим (или в числе других) – иностранное государ-
ство, международная организация либо иной субъект международ-
ного публичного права.
4. Внешнеэкономические отношения, одним из субъектов ко-
торых выступает белорусское частное (физическое, юридическое)
лицо, а другим (или в числе других) – иностранное частное (физи-
ческое или юридическое) лицо.
5. Внешнеэкономические отношения между белорусским фи-
зическим или юридическим лицом и белорусским государством (о
такой возможности более подробно см. ниже).
6. Внешнеэкономические отношения в структуре белорусского
государства, складывающиеся между отдельными его органами.
Следует подчеркнуть, что приведенное разделение внешне-
экономических отношений по субъектному составу осуществлено
не для простого перечисления возможных комбинаций субъектов,
а имеет выраженную практическую направленность. Каждому из
обозначенных видов отношений присущ самостоятельный право-
вой режим.
Несмотря на то, что ни сами внешнеэкономические отноше-
ния, ни их классификация до настоящего времени не были предме-
том теоретических разработок, нельзя сказать, что правовая наука
вообще «не заметила» коренных различий правоотношений внеш-
неэкономического характера по признаку субъектного состава. По
смыслу большинства имеющихся работ в сфере международного
публичного и частного права, в самостоятельные категории выде-
ляются следующие отношения.
1. Между государствами (иными субъектами международно-
го публичного права) – межгосударственные или международные
экономические отношения как предмет международного публич-
ного права39.
2. Между частными физическими (юридическими) лицами раз-
личной государственной принадлежности – отношения «с иностран-
ным элементом» как предмет международного частного права40.
3. Между государством, с одной стороны, и иностранным час-
тным лицом, с другой стороны, как предмет международного час-
тного права41.
Указанным категориям корреспондируют, соответственно, пер-
вый, четвертый, а также второй-третий виды внешнеэкономичес-
ких отношений в предлагаемой нами классификации. В то же вре-
мя очевидно, что, взяв за точку отсчета национальную компоненту
отношения, совершенно невозможно, например, ограничиться вы-
делением в одну самостоятельную категорию отношений между
разнонациональными частным лицом и государством (3), посколь-
ку с точки зрения национального права принципиальнейшее зна-
чение имеет вопрос о том, какой именно субъект правоотношения
является национальным: государство или частное лицо. Ответ
на этот вопрос влечет диаметральные различия в национально-пра-
вовом обеспечении данного отношения. Отсюда неизбежное выде-
ление указанных отношений в два самостоятельных вида в приве-
денной нами классификации.
Кроме того, к категории внешнеэкономических отнесены два
дополнительных вида, которые ни с каких позиций не могут быть
отнесены к разряду «международных»: отношения между нацио-
нальным (белорусским) частным лицом и национальным (белорус-
ским) государством (5), и отношения в структуре национального
(белорусского) государства (6). Однако бесспорным представля-
ется тот факт, что административные отношения между государ-
ством и субъектом хозяйствования по поводу осуществления пос-
ледним внешнеэкономической деятельности обладают несомнен-
ной спецификой регулирования, и не случайно в структуре
национального права выделяется самостоятельная совокупность
норм, обеспечивающая именно этот «участок» общественных от-
ношений. «Внешнеэкономический» же характер указанных отноше-
ний представляется не требующим специальных обоснований. Что
касается последней предлагаемой категории – внешнеэкономичес-
ких отношений в структуре самого государства, – то здесь имеют-
ся в виду общественные отношения конституционно- и/или госу-
дарственно-правового характера по обеспечению осуществления
внешнеэкономических функций. Специфический характер этой груп-
пы общественных отношений и ее принадлежность к разряду «внеш-
неэкономических», очевидно, также не требует доказательств. В
то же время нельзя не заметить, что для юридической науки дан-
ная сфера общественных отношений на текущий момент является
абсолютным «белым пятном».
II. По социально-правовым последствиям
1. Внешнеэкономические отношения в сфере правотворчества.
2. Внешнеэкономические отношения в сфере правореализации.
3. Внешнеэкономические отношения в сфере правоприме-
нения.
Несмотря на новизну формулировки, полагаем, что указанная
классификация не нуждается в специальном комментарии. Особен-
ности указанных отношений и их правового регулирования будут
рассмотрены отдельно.
III. По методам правового регулирования
1. Внешнеэкономические отношения международно-правово-
го (в смысле возможности воздействия международно-правовыми
средствами) характера.
2. Внешнеэкономические отношения административного ха-
рактера («гетерономные» или отношения «власти и подчинения»).
3. Внешнеэкономические отношения гражданско-правового ха-
рактера («автономные»), в числе которых:
а) материально-регулируемые и
б) регулируемые коллизионным способом.
Месту, роли и видам методов правового регулирования внеш-
неэкономических отношений в настоящей работе отведена отдель-
ная глава. Здесь необходимо лишь отметить, что метод правово-
го регулирования не является имманентным признаком самих об-
щественных отношений, а находится «вовне», и поэтому с
абстрактно-логической точки зрения не может служить полноцен-
ным критерием для разграничения их видов. Однако «метод пра-
вового регулирования определяется предметом и представляет
собой юридическое олицетворение особенностей предмета пра-
вового регулирования»42. Поэтому практическое применение за-
конодателем к данному конкретному виду внешнеэкономических
отношений особого метода или сочетания методов дает основа-
ния для проведения их разграничения (классификации) по указан-
ному критерию. Как указывал в свое время С.С.Алексеев, виды
общественных отношений, являющихся предметами отраслей пра-
ва, представляют собой «особую, правовую классификацию об-
щественных отношений, такую классификацию, которая выража-
ет их глубинные социально-экономические, политические особен-
ности – момент требования юридически своеобразного
режима регулирования (выделено мной – О.Т.)»43. Следователь-
но, момент требования «юридически своеобразного режима ре-
гулирования» (а в понятие юридически своеобразного режима, без
сомнения, следует включить и специфические методы регулиро-
вания, и специфические формы их сочетания) является безуслов-
ным основанием для выделения общественных отношений в са-
мостоятельный вид.
Так, например, внешнеэкономические отношения в сфере ино-
странных инвестиций никогда не регулируются коллизионным ме-
тодом, что, несомненно, связано со стремлением национального
государства осуществлять монопольную юрисдикцию в отноше-
нии иностранного инвестора, поскольку указанная сфера находит-
ся в непосредственной связи с проблемой экономической безо-
пасности и экономического суверенитета. Так же, например, во
внешнеэкономических отношениях с участием иностранного го-
сударства строго определенным образом сочетаются междуна-
родно-правовые и частноправовые методы регулирования, иллю-
страцией чему может служить институт государственного иммунитета в частном праве и процессе, не присущий никаким иным об-
щественным отношениям44.
IV. По степени значимости «властной» составляющей:
1. Внешнеэкономические отношения публичного характера.
2. Внешнеэкономические отношения частного характера.
3. Внешнеэкономические отношения пограничного частно-пуб-
личного характера.
Принадлежность внешнеэкономических отношений к первой и
второй категориям по указанной классификации определяется пу-
тем применения признаков «публичный» и «частный» так, как они
традиционно трактуются в правовой литературе45.
Что касается отношений «пограничного характера», то име-
ются в виду те общественные отношения, которые, будучи по сво-
ей сути частными, имеют, тем не менее, настолько высокую соци-
альную значимость, что требуют специального, «императивного»
регулирования как затрагивающие основы публичного порядка дан-
ного национального государства46. Такая проблематика в опреде-
ленной степени нашла свое отражение в правовой литературе; прав-
да, в имеющихся работах (О.Н.Садиков, А.Н.Жильцов) речь идет
не о самих общественных отношениях, а о применении к таким от-
ношениям специального регулирования в виде особого института
императивных норм47.
Институт императивных норм известен и международному
частному праву Республики Беларусь. Ст. 1100 действующего Граж-
данского кодекса имеет следующее содержание (ч.1): «Правила
настоящего раздела не затрагивают действия императивных норм
права Республики Беларусь, регулирующих соответствующие
отношения (выделено мной – О.Т.) независимо от подлежащего применению права»48. Очевидно, что наличие самостоятельного
правового института подразумевает самостоятельность вида об-
щественных отношений, к которым он применим.
V. По социально-экономическому уровню
1. Внешнеэкономические отношения на макроэкономическом
уровне (в принятой терминологии – отношения в сфере внешнеэко-
номических связей).
2. Внешнеэкономические отношения на микроэкономическом
уровне (в принятой терминологии – отношения в сфере внешнеэко-
номической деятельности субъектов хозяйствования)49.
VI. По экономическому содержанию
1. Внешнеэкономические отношения в сфере международной
торговли.
2. Внешнеэкономические отношения по производственной ко-
операции.
3. Внешнеэкономические отношения, связанные с инвестици-
онной деятельностью субъектов.
4. Внешнеэкономические отношения в валютной и финансово-
кредитной сфере.
Под внешнеэкономическими отношениями в сфере междуна-
родной торговли понимаются общественные отношения, возника-
ющие не только в ходе осуществления деятельности по обмену
товарами в вещественно-материальной форме, но и в процессе
оказания услуг, а также обмена результатами интеллектуального
труда50. В качестве общих отличительных признаков, позволяющих
объединить внешнеэкономические отношения в сфере международ-
ной торговли под единой рубрикой, следует указать, что:
– все эти отношения имеют правовую форму внешнеторговых
гражданско-правовых сделок;
– участники (субъекты) такого рода отношений находятся по
разные стороны государственной границы;
– роли участников отношения противоположны: одни субъек-
ты выполняют определенные действия (предоставляют товар, ока-
зывают услугу, передают технологию и проч.), а другие произво-
дят оплату;
– наиболее заметным макроэкономическим результатом таких
отношений является изменение состояния платежного баланса, отсю-
да четкое разграничение всех указанных операций на экспортные (ва-
люта приходит в страну) и импортные (валюта уходит за границу).
В рамках указанного вида выделяются подвиды: внешнеэко-
номические отношения по торговле товарами, по оказанию услуг и
по обмену результатами интеллектуальной деятельности.
Внешнеэкономические отношения по производственной
кооперации возникают в сфере осуществления совместных с ино-
странными предприятиями проектов в научно-технической, произ-
водственной либо иной экономической сфере51.
Внешнеэкономические отношения в сфере инвестиционной
деятельности складываются в ходе привлечения в страну иност-
ранных финансовых, материальных, интеллектуальных ресурсов и
средств (импорт иностранных инвестиций), либо их вывоза за ру-
беж (экспорт инвестиций)52.
Что касается валютных и финансово-кредитных внешне-
экономических отношений, то они пронизывают всю систему внеш-
неэкономической деятельности и внешнеэкономических связей,
обеспечивая расчеты по товарообороту, неторговым операциям,
услугам транспорта и связи; государственное, банковское и ком-
мерческое кредитование, конверсионные операции и т.д.53.
Методы правового регулирования
внешнеэкономических отношений.