Дело Эльгукаева
23 мая 2003 года в Правозащитный Центр города Казани
обратился Эльгукаев Салман Алиханович 1984 года рождения, чеченец
по национальности. Он сообщил, что в ночь с 26 на 27 марта 2003 года
в общежитии, в котором он проживает, у него возник конфликт с
проживающим там же парнем по имени Азат. Азат находился в
состоянии алкогольного опьянения. Конфликт перерос в драку, которая
быстро прекратилась и все разошлись. Эльгукаев С.А. пошел в комнату
№104, где проживает его знакомая Обухова Анастасия. Через
несколько минут в комнату постучали, Эльгукаев открыл дверь. В
коридоре общежития стоял Дорджиев А.Ф. Эльгукаеву было известно,
что Дорджиев является сотрудником милиции, проживает в этом
общежитии и по договоренности с комендантом общежития
неофициально обеспечивает в нем охрану общественного порядка.
Дорджиев находился в состоянии алкогольного опьянения. Он не был в
милицейской форме, но в руках была милицейская резиновая палка. В
коридоре также находились ранее незнакомые Эльгукаеву сотрудники
милиции в форме. Дорджиев приказал Эльгукаеву выйти из комнаты и
встать лицом к стене. Эльгукаев понимая, что должен подчиниться
требованиям сотрудника милиции, выполнил его указания. Дорджиев
без каких-либо объяснений стал наносить Эльгукаеву удары резиновой
палкой по голове, ногам и по телу. От полученных ударов Эльгукаев
упал на пол. Через несколько минут один из присутствовавших при
этом сотрудников милиции сказал Дорджиеву, чтобы тот прекратил
бить Эльгукаева. Только после этого Дорджиев перестал наносить
удары.
Во время избиения Дорджиев нецензурно выражался, говорил,
что на войне в Чечне чеченцев убивал, и будет убивать их здесь.
Очевидцами происшествия стали многие жильцы общежития, которые
вышли из своих комнат, услышав шум.
После избиения сотрудники милиции, в их числе и Дорджиев,
ушли. Эльгукаеву стало плохо, и ему вызвали бригаду скорой
медицинской помощи.
По заявлению Эльгукаева сотрудниками Правозащитного Центра
города Казани была проведена проверка.
В рамках проверки были проведены беседы с одиннадцатью
свидетелями происшествия, проживающими в этом общежитии. Все они
полностью подтвердили слова Эльгукаева С.А., пояснив, что всем, в
том числе и Эльгукаеву, было известно, что Дорджиев является
сотрудником милиции, в связи с чем Эльгукаев не имел права
оказывать ему сопротивление и не делал этого. Все очевидцы
воспринимали Дорджиева, как находящегося при исполнении своих
служебных обязанностей сотрудника правоохранительного органа, и не
могли помешать ему наносить удары по Эльгукаеву. Кроме того, рядом
с Дорджиевым в момент избиения им Эльгукаева находились три
вооруженных сотрудника милиции в форме, которые некоторое время
не вмешивались в действия Дорджиева. В руках Дорджиева находилось
спецсредство – милицейская резиновая палка, которой он и наносил
удары.
В ходе общественного расследования были установлены
следующие факты:
1. При изучении карты вызова бригады скорой помощи от 27
марта 2003 года, а также сообщения "03" о факте насильственного
причинения вреда здоровью от 27 марта 2003 года, направленного
медицинскими работниками в дежурную часть Советского РУВД,
установлен диагноз повреждений, полученных Эльгукаевым около 1
часа 30 минут 27.03.03: "гематома в височной области слева размером
4х3 см, кровоподтек на правом бедре, болезненность".
2. При изучении служебной характеристики Дорджиева было
установлено, что он в 2001-2002 годах нес службу в качестве
сотрудника МВД по охране общественного порядка в Чеченской
Республике.
Все собранные документы (заявление Эльгукаева с просьбой
привлечь Дорджиева к уголовной ответственности, объяснение
Эльгукаева, объяснения очевидцев происшествия, карта вызова скорой помощи) были направлены прокурору Советского района города
Казани, которым 23.04.03 г. в отношении Дорджиева было возбуждено
уголовное дело № 97693 по ст. 286 ч. 3 п. "а", "б" УК РФ.
Следователь прокуратуры Советского района г. Казани Гараев
Б.З., проведя все необходимые следственные действия и дав
юридическую оценку собранным доказательствам, предъявил
Дорджиеву А.Ф. обвинение в совершении преступления,
предусмотренного пунктами "а", "б" части 3 статьи 286 УК РФ. После
вынесения обвинительного заключения уголовное дело в отношении
Дорджиева было направлено в Советский районный суд г. Казани.
20 октября 2003 года состоялось судебное заседание, в ходе
которого Дорджиев свою вину в совершении преступления не признал,
однако, признал факт нанесения телесных повреждений Эльгукаеву.
Допрошенные в суде свидетели подтвердили показания, данные при
проведении предварительного расследования.
Суд не согласился с квалификацией преступления, решив, что
Дорджиев не находился при исполнении своих служебных
обязанностей, т.к. в соответствии с графиком дежурств у него был
выходной, и он находился дома в гражданской одежде.
Переквалифицировав превышение должностных полномочий с
применением насилия и специальных средств (ст. 286 УК РФ) на
нанесение побоев (ст. 116 УК РФ), суд вынес постановление о
прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием,
мотивируя это тем, что Дорджиев не скрывался от органов суда и
следствия, признал факт нанесения телесных повреждений Эльгукаеву
и возместил причиненный ущерб. Кассационным определением
судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики
Татарстан от 18 ноября 2003 года постановление Советского районного
суда г. Казани оставлено без изменений. Тем самым проигнорированы
доводы представителя потерпевшего, в том числе и о допущенных
судом первой инстанции нарушениях материального права.
Согласно статье 75 УК РФ, от уголовной ответственности может
быть освобождено лицо, впервые совершившее преступление
небольшой тяжести, если после совершения преступления добровольно
явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления,
возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред,
причиненный в результате преступления. Согласно букве закона, для
освобождения от уголовной ответственности необходимо выполнение
всех перечисленных условий.
Из всех вышеперечисленных условий Дорджиевым было
выполнено только последнее – была выплачена сумма в размере 1000
рублей в счет возмещения ущерба. В материалах дела отсутствует явка
с повинной Дорджиева, более того, ни в ходе предварительного
следствия, ни в судебном заседании Дорджиев своей вины не
признавал. То есть судом не было учтено отсутствие всех необходимых
по закону для освобождения от уголовной ответственности
обстоятельств.
Суд не дал никакой юридической оценки тому обстоятельству, что
при совершении преступления Дорджиев в присутствии большого числа
жителей общежития неоднократно упоминал, что ненавидит всех
чеченцев и будет продолжать убивать их здесь так же, как убивал их в
Чечне.
При изучении материалов уголовного дела было установлено, что
сотрудник милиции Ильин Максим Анатольевич, выезжавший на заявку
в общежитие, допрошенный в качестве свидетеля, дал показания о том,
что Дорджиев, заходя в комнату №104, в которой находился Эльгукаев
Салман, представился сотрудником милиции, после чего приказал ему
выйти из комнаты. Впоследствии в суде Ильин эти показания не
подтвердил.
Из показаний свидетелей видно, что в момент избиения рядом с
Дорджиевым находились сотрудники милиции в форме, которые не
вмешивались в его действия, тем самым, создавая у очевидцев
происходящего впечатление, что Дорджиев действует в рамках своих
служебных обязанностей. Очевидно, что по закону они должны были
пресечь неправомерные действия Дорджиева.
Согласно примечанию 1 к ст. 285 УК РФ, должностными лицами
признаются лица, постоянно, временно или по специальному
полномочию осуществляющие функции представителя власти либо
выполняющие организационно-распорядительные, административно-
хозяйственные функции в государственных органах, органах местного
самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а
также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и
воинских формированиях Российской Федерации. При этом, согласно
ст. 17 Закона РСФСР "О милиции", сотрудником милиции является лицо,
занимающее должность в милиции, которому в установленном порядке
присвоено специальное звание. Сотрудникам милиции в подтверждение
их полномочий выдаются служебное удостоверение и жетон
установленного образца. На момент совершения преступления
Александр Дорджиев являлся милиционером 7-го батальона полка
патрульно-постовой службы милиции УВД города Казани, о чем
свидетельствует копия выписки из приказа МВД РТ о назначении
Дорджиева на должность милиционера 2 роты 7 батальона полка ППСМ
УВД города Казани.
Допросом Эльгукаева и свидетелей установлено, что удары
Дорджиев наносил резиновой палкой, т.е. специальным средством ПР-
73.
Согласно ст. 12 Закона РСФСР "О милиции" от 18 апреля 1991 г.
№ 1026-1, при применении физической силы, специальных средств или
огнестрельного оружия сотрудник милиции обязан:
- предупредить о намерении их использовать, предоставив при
этом достаточно времени для выполнения требований сотрудника
милиции, за исключением тех случаев, когда промедление в
применении физической силы, специальных средств или
огнестрельного оружия создает непосредственную опасность жизни и
здоровью граждан и сотрудников милиции, может повлечь иные тяжкие
последствия, или когда такое предупреждение в создавшейся
обстановке является неуместным или невозможным;
- стремиться в зависимости от характера и степени опасности
правонарушения и лиц, его совершивших, и силы оказываемого
противодействия, к тому, чтобы любой ущерб, причиняемый при этом,
был минимальным;
- обеспечить лицам, получившим телесные повреждения,
предоставление доврачебной помощи и уведомление в возможно
короткий срок их родственников;
- уведомить прокурора обо всех случаях смерти или ранения.
Применение физической силы, специальных средств и
огнестрельного оружия с превышением полномочий влечет за собой
ответственность, установленную законом.
Согласно материалам уголовного дела, Дорджиев при применении
спецсредства "палка резиновая" не выполнил ни одного из
вышеперечисленных пунктов.
Согласно ст. 14 Закона РСФСР "О милиции", резиновые палки
могут применяться лишь в трех следующих случаях: для отражения
нападения на граждан и сотрудников милиции, для пресечения
оказываемого сотруднику милиции сопротивления либо для пресечения
массовых беспорядков и групповых действий, нарушающих работу
транспорта, связи, предприятий, учреждений и организаций, а также,
согласно п. 1 ст. 15 указанного Закона, для защиты граждан от
нападения, опасного для их жизни или здоровья. Согласно показаниям
Дорджиева, данным им в ходе судебного заседания, ни одного из
указанных обстоятельств в момент применения им резиновой палки не
было.
Из всего вышеизложенного следует, что действия Дорджиева
воспринимались окружающими как действия представителя
государства, выполняемые в присутствии и с молчаливого согласия
иных представителей государства, то есть Дорджиев действовал как
представитель государства, а как не частное лицо.
Таким образом, можно предположить, что в действиях
милиционера 7-го батальона ПППС УВД г. Казани Дорджиева А.Ф.
усматриваются признаки преступления, предусмотренного пунктами
"а", "б" части 3 статьи 286 УК РФ – совершение должностным лицом
действий, явно выходящих за пределы полномочий и повлекших
существенное нарушение прав и законных интересов граждан, с
применением насилия и специальных средств.
В отношении Эльгукаева были нарушены статьи 3 и 14, а так же
В присутствии многочисленных свидетелей Дорджиев, являясь
действующим сотрудником милиции, исполняя свои функциональные
обязанности в соответствии с Законом «О милиции» по
предотвращению и пресечению преступлений и административных
правонарушений, используя специальное средство – резиновую палку,
нанес Эльгукаеву побои, причинив телесные повреждения, подвергнув
его тем самым бесчеловечному и унижающему достоинство обращению
и наказанию.
Дорджиев проживает в одном с Эльгукаевым общежитии.
Эльгукаев и все присутствовавшие при избиении жильцы знают, что
Дорджиев является сотрудником милиции и обязан следить за
общественным порядком в общежитии. Поэтому Эльгукаев не оказывал
сопротивления Дорджиеву. Кроме того, за спиной у Дорджиева, пока он
наносил удары специальным средством – резиновой палкой, стояли
несколько сотрудников милиции в форме. И Дорджиев действовал с их
молчаливого согласия. Что еще больше утверждало Эльгукаева в
мысли, что Дорджиев действует как сотрудник милиции при
исполнении своих обязанностей, как агент государства, несмотря на то,
что он не был в форме и не показывал служебное удостоверение.
Во время нанесения ударов Дорджиев неоднократно подчеркивал
различного рода выражениями тот факт, что избивает Эльгукаева,
потому что тот чеченец. Это подтверждают все очевидцы. Кроме того,
этот факт зафиксирован судьей Цветковым: «Суд учитывает, что
Дорджиев участвовал в проведении операций по установлению
Конституционного порядка в Чеченской республике, имеет
государственные знаки отличия, и именно с этим суд также связывает
установление глубокой взаимной неприязни со студентами из
указанного региона РФ».
То есть со стороны агента государства Эльгукаев был подвергнут
бесчеловечному и унижающему достоинство обращению и наказанию в
нарушении статьи 3 ЕКПЧ, и при этом, в нарушении статьи 14 ЕКПЧ,
подобное обращение стало последствием неприязни Дорджиева к
людям чеченской национальности.
Избавив Дорджиева от наказания и признав, что он
компенсировал причиненный Эльгукаеву вред, суд нарушил право на
эффективное средство национальной защиты, гарантированное ст. 13
Конвенции.
Исходя из практики Европейского Суда по правам человека, по
статье 3 ЕКПЧ, необходимо отметить уязвимость Эльгукаева, т.к. он
находился под контролем представителей государства, что не давало
ему законной возможности противодействовать незаконному
применению насилия. Возможно, телесные повреждения, причиненные
Эльгукаеву С.А., могут показаться достаточно легкими, но они
представляют собой свидетельство применения физической силы в
отношении него; подобное обращение носит характер одновременно
бесчеловечного и унижающего достоинство (Решение Европейского
Суда по правам человека от 27 августа 1992 г. Томази (Tomasi) против
Франции параграф 113).
Органом прокуратуры, в компетенцию которого входит
осуществление контроля и надзора за деятельностью органов
внутренних дел, было проведено полное и объективное расследование
жалобы пострадавшего от действий сотрудника милиции: было
возбуждено уголовное дело, Дорджиеву было предъявлено обвинение,
уголовное дело было направлено в суд. Таким образом, оснований
утверждать, что органы прокуратуры нарушили требования о
проведении эффективного расследования, в настоящее время нет.
Правозащитным Центром города Казани было направлено письмо
на имя заместителя министра внутренних дел Республики Татарстан
генерал-майора милиции Вайды А.В. с просьбой привлечь Дорджиева
А.Ф. к дисциплинарной ответственности, уволив его из органов
внутренних дел. В своем ответе (исх. № 3/143 от 19.01.2004)
заместитель министра внутренних дел РТ отказал в привлечении
Дорджиева к дисциплинарной ответственности, сославшись на то, что,
ввиду прекращения уголовного дела в отношении Дорджиева А.Ф.,
оснований для его увольнения из органов внутренних дел нет.
В настоящее время направлена жалоба Эльгукаева С.А. в
Европейский Суд по правам человека о нарушениях статей 3, 13, 14
ЕКПЧ.