2. Крестьянское (фермерское) хозяйство как форма предпринимательской деятельности граждан

 Статья 1 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" определяет крестьянское хозяйство как самостоятельный хозяйствующий субъект с правами юридического лица, представленный отдельным гражданином, семьей или группой лиц, осуществляющий производство, переработку и реализацию сельскохозяйственной продукции на основе использования имущества и находящихся в их пользовании, в том числе в аренде, в пожизненном наследуемом владении или в собственности земельных участков. Это определение уже неоднократно подвергалось критике в юридической литературе32. Основные его недостатки сводятся к следующему: - не сформулированы признаки, отличающие крестьянское хозяйство от других организационно-правовых форм, в частности не обозначен в качестве определяющего "семейный" признак крестьянского хозяйства, что позволило создавать так называемые партнерские крестьянские хозяйства, организованные группой лиц, не состоящих между собой в родственных отношениях. При этом одни авторы считали это недостатком Закона33, а другие рассматривали такой подход как правомерный и считали целесообразным сохранить его и в новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"34; - не определено соотношение понятия крестьянского хозяйства с понятием предприятия; в связи с этим в литературе развернулась дискуссия о том, можно ли относить крестьянское хозяйство к индивидуальным (семейным) предприятиям, создание которых было предусмотрено Законом РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности"35, или это самостоятельная организационно- правовая форма, не подпадающая под действие данного Закона36. Сегодня этот старый теоретический спор приобрел новое значение в связи с проблемой приведения статуса крестьянского хозяйства в соответствие с нормами Гражданского кодекса РФ, о чем будет сказано ниже; понятие слишком усложнено перечислением возможных титулов прав на землю, которые никак не влияют на определение сущности той или иной организационно-правовой формы хозяйствования. Подвергалась сомнению и целесообразность наделения крестьянского хозяйства правами юридического лица37. С принятием нового Гражданского кодекса РФ понятие крестьянского хозяйства тем более требует уточнения, учитывая то обстоятельство, что п.2 ст. 23 рассматривает ведение крестьянского хозяйства как предпринимательскую деятельность граждан без образования юридического лица. В ГК РФ (ст. 23) так и записано: "Глава крестьянского (фермерского) хозяйства, осуществляющего деятельность без образования юридического лица (статья 257), признается предпринимателем с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства". Лингвистический анализ ст. 23 ГК (согласование слов) дает основания полагать, что деятельность без образования юридического лица осуществляет именно крестьянское (фермерское) хозяйство, а не его глава (в противном случае было бы сказано: "глава ... , осуществляющий деятельность..."). Само крестьянское хозяйство как субъект предпринимательской деятельности подлежит государственной регистрации. Однако регистрирующие (как, впрочем, и налоговые и другие) органы не воспринимают крестьянское хозяйство как особый, самостоятельный субъект хозяйствования, отличный как от юридического лица, так и от индивидуального предпринимателя. Из ст. 23 ПС РФ они принимают во внимание лишь слова, что глава хозяйства признается предпринимателем со всеми вытекающими отсюда выводами. То же самое происходит и в законодательной практике как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Федерации. Так, в Законе Московской области от 1 февраля 1996 г. "О единой системе государственной регистрации субъектов предпринимательской деятельности, имущественных прав и связанных с ними неимущественных прав и сделок на территории Московской области"38 нет даже упоминания о крестьянском хозяйстве. Там говорится либо о юридических, либо о физических лицах. Крестьянское хозяйство осуществляет свою деятельность без образования юридического лица, и в этом смысле это безусловно предпринимательская деятельность физических лиц, но все же в большинстве случаев это не индивидуальная предпринимательская деятельность одного гражданина, а совместная предпринимательская деятельность нескольких граждан без образования юридического лица на базе общей, как правило, совместной собственности. Говоря о статусе крестьянского (фермерского) хозяйства, нельзя не обратить внимание на Постановление Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. № 18- П по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 1,2, 4 и 6 Федерального закона от 4 января 1999 года "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1999 год" и статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1999 года "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О тарифах страховых взносов в Пенсионный фонд  Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Государственный фонд занятости населения Российской Федерации и в фонды обязательного медицинского страхования на 1998 год" в связи с жалобами граждан, общественных организации инвалидов и запросами судов39. Как видно из содержания Постановления, предметом рассмотрения Конституционного Суда были порядок и размеры тарифообложения отдельных категорий граждан-предпринимателей и юридических лиц, а не собственно правовой статус крестьянского хозяйства. Однако в Постановлении имеются положения и по этому вопросу. С толкованием Конституционным Судом законодательства, определяющего правовой статус крестьянского хозяйства, нельзя согласиться. Ведь в нем указывается, что п. "б" ст. 1 Федерального закона от 4 января 1999 г. в числе плательщиков страховых взносов в Пенсионный фонд РФ называет крестьянские (фермерские) хозяйства. Между тем в соответствии с другими законодательными актами применительно к крестьянскому (фермерскому) хозяйству субъектами тарифообложения могут выступать индивидуальный предприниматель - глава крестьянского (фермерского) хозяйства, осуществляющего деятельность без образования юридического лица, хозяйственное товарищество или производственный кооператив в сельском хозяйстве. Таким образом, по мнению Конституционного Суда, используя в п. "б" ст. 1 Федерального закона от 4 января 1999 г. не согласующееся с организационно-правовыми формами предпринимательской деятельности, предусмотренными в ГК РФ и Налоговом кодексе РФ, понятие "крестьянское (фермерское) хозяйство", законодатель тем самым не дает точного определения такого существенного элемента тарифообложения, как его субъект. Из этих положений Постановления можно сделать вывод, что Конституционный Суд допускает существование крестьянских хозяйств в форме хозяйственного товарищества или производственного кооператива, а крестьянское хозяйство, осуществляющее деятельность без образования юридического лица, отождествляется с его главой, поскольку далее по тексту Постановления везде говорится лишь об уплате взносов во внебюджетные фонды главами крестьянских (фермерских) хозяйств. Недостатки конструкции "крестьянское хозяйство в одной из организационно- правовых форм коммерческих организаций" будут проанализированы ниже. Здесь же важно доказать, что нельзя ставить знак равенства между крестьянским хозяйством и его главой, поскольку такая позиция не основана на действующем законодательстве. Пункт 2 ст. 23 ГК РФ выделяет крестьянское хозяйство особо, говоря о государственной регистрации самого хозяйства как такового, а не его главы. Крестьянское хозяйство как коллективное образование граждан, совместно ведущих предпринимательскую деятельность, обладает имуществом, имеющим особый правовой режим, что закреплено в ст. 257-258 ГК РФ. Учитывают специфику крестьянского хозяйства как субъекта, отличного от юридического лица и от индивидуального предпринимателя, и Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", и некоторые другие нормативные правовые акты. Таким образом, крестьянское хозяйство, особенно состоящее из нескольких членов, не может сводиться к индивидуальной предпринимательской деятельности его главы. Этот вывод, находящий поддержку в литературе40, справедлив и для крестьянских хозяйств, состоящих из одного лица. Нельзя согласиться с точкой зрения, что если крестьянское (фермерское) хозяйство ведется одним человеком, то 39 СЗ РФ. 2000. № 3. Ст. 353. 40 См.: Лаптев В.В. Проблемы предпринимательской (хозяйственной) правосубъектности//Государство и право. 1999. № 11. С. 19. он является обычным индивидуальным предпринимателем, с особенностями, вытекающими из сферы его предпринимательской деятельности41. Даже если в момент создания крестьянское хозяйство состоит только из главы хозяйства, а другие члены отсутствуют, все равно должно быть зарегистрировано именно хозяйство как таковое, а не просто индивидуальный предприниматель. Это важно подчеркнуть, так как земельный участок выделяется целевым назначением для ведения крестьянского хозяйства; именно этому хозяйству (его члену или членам), а не индивидуальному предпринимателю предоставляются определенные льготы (по налогам, кредитам и т.п.); после создания крестьянского хозяйства его членский состав может меняться (одни члены хозяйства могут выходить из него, другие - вступать и т.п.). Взыскание по обязательствам обращается также на имущество хозяйства (об этом будет подробнее сказано ниже), а не на все имущество главы как предпринимателя. В юридической литературе высказано мнение, которое представляется обоснованным: лиц, совместно ведущих крестьянское хозяйство без образования юридического лица, можно рассматривать как совокупного предпринимателя42, а крестьянское хозяйство как "особая организационно-правовая форма аграрного предпринимательства" должно признаваться носителем "гражданских прав и обязанностей в области пред-принимательской деятельности как самостоятельный участник гражданских и иных правоотношений с момента его регистрации без приравнивания его к гражданину, индивидуальному предпринимателю или юридическому лицу"43. Возвращаясь к названному Постановлению Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г., необходимо отметить, что, занимаясь благородным делом защиты прав граждан (в частности, их права на справедливое тарифообложение и права собственности), Конституционный Суд одновременно невольно нарушил права членов крестьянского хозяйства. Под сомнением оказалось право членов хозяйства на занятие предпринимательской деятельностью в составе крестьянского хозяйства совместно с его главой, их право собственности на имущество и доходы, поскольку члены хозяйства фактически приравнены к наемным работникам или подрядчикам44, и т.п. Конституционный Суд дал толкование действующего законодательства, в частности ст. 23, 257-259 ГК РФ (как отмечалось выше, толкование довольно спорное), поэтому до тех пор, пока эти статьи останутся неизменными, любая работа по совершенствованию правового статуса крестьянского хозяйства (в том числе по защите прав членов крестьянского хозяйства) обречена на провал, так как Постановление Конституционного Суда является окончательным, не подлежит обжалованию и действует непосредственно. Выход из создавшегося положения видится в том, чтобы как можно скорее внести соответствующие изменения в Гражданский кодекс РФ, а также в Федеральный закон о введении его в действие. Такая необходимость ощущалась и ранее45, однако после принятия Постановления Конституционного Суда от 23 декабря 1999 г. эта задача становится особенно актуальной. Изменение же гражданского законодательства повлечет за собой корректировку и ряда других нормативных правовых актов. В частности, для крестьянского хозяйства необходимо будет разработать особые формы учета и отчетности, особые правила уплаты взносов во внебюджетные фонды, особую форму налоговой декларации. Применительно к юридическим лицам в литературе отмечалось, что "универсальный характер нормальных коммерческих структур позволяет осуществлять в форме, допустим, акционерного общества или общества с ограниченной ответственностью в принципе любую производственно-хозяйственную деятельность"46. Особенности сельскохозяйственных кооперативов учтены в Федеральном законе от 8 декабря 1995 г. "О сельскохозяйственной кооперации", а специфика сельскохозяйственных закрытых акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью должна быть отражена в специальных законах47. Соответственно, если бы ГК РФ предусматривал принятие закона о предпринимательской деятельности граждан (а подобного рода предложения уже вносились48), то особенности крестьянского хозяйства могли бы быть учтены в нем. Но предпочтительнее все же принятие новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", тем более что в отличие от других абстрактных (универсальных) организационно-правовых форм форма крестьянского хозяйства используется лишь в сельском хозяйстве. Однако для того, чтобы должным образом отразить в Законе "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" специфику данной формы предпринимательства граждан, следует уточнить ряд формулировок ГК РФ. Основные черты правового статуса крестьянского хозяйства как особой формы предпринимательской деятельности граждан следует закрепить в самостоятельной статье Гражданского кодекса РФ, исключив соответствующие положения из ст. 23, которая называется "Предпринимательская деятельность гражданина". Это как раз и открывает возможность для отождествления деятельности крестьянского хозяйства с деятельностью его главы, что неверно. Поскольку ст. 23, 24 и 25 неразрывно связаны между собой, нормы о крестьянском (фермерском) хозяйстве следует поместить после ст. 25 - как ст. 251, тем более что банкротство крестьянского хозяйства имеет ряд особенностей, установленных Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)". В ст. 251 необходимо сделать отсылку к Федеральным законам "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" и "О несостоятельности (банкротстве)", что позволит рассматривать названные Законы как специальные по отношению к ГК РФ. Правоспособность крестьянского хозяйства, по моему мнению, является общей, что вытекает из ст. 16 Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" и налоговых законов, допускающих, что крестьянское хозяйство, как и сельскохозяйственные организации, может иметь доходы и от несельскохозяйственной деятельности. В юридической литературе имеются и иные точки зрения. Ю.В. Мольков считал, что для индивидуальных предпринимателей Законом от 7 декабря 1992 г. "О регистрационном сборе с физических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью, и порядке их регистрации" предусмотрена специальная правоспособность49, и то же самое должно быть установлено и для крестьянского хозяйства. Он критиковал ст. 16 Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", закрепляющую право таких хозяйств заниматься любым видом деятельности, не запрещенным действующим законодательством (т.е. установление общей правоспособности). По его мнению, такая запись может касаться лишь сельскохозяйственной деятельности крестьянского хозяйства и деятельности, связанной с переработкой и реализацией сельскохозяйственной продукции, а вот к несельскохозяйственной деятельности она не должна относиться50. Д.Б. Орехов, напротив, полагает, что для крестьянского (фермерского) хозяйства уже сейчас установлена специальная правоспособность, но, с его точки зрения, "это не означает, что фермерское хозяйство обязано заниматься только сельхозпроизводством"51. По мнению Т.Д. Левшиной, правоспособность индивидуального предпринимателя является универсальной (общей), а правоспособность крестьянских (фермерских) хозяйств — специальной, так как законодательством четко определены цели их создания и деятельности: производство, переработка и реализация сельскохозяйственной продукции52. Иная точка зрения у О.А. Макаровой, которая полагает, что правоспособность и крестьянского хозяйства, и гражданина является общей53. Обоснованной представляется позиция по этому вопросу С. Григоренко, согласно которой установление Законом от 7 декабря 1992 г. правила о специальной предпринимательской правосубъектности граждан-предпринимателей противоречит ст. 55 Конституции РФ и не соответствует принципу гражданского права о равенстве субъектов гражданского оборота, учитывая закрепление в действующем Гражданском кодексе РФ общего характера правосубъектности (правоспособности - по терминологии ГК) большинства коммерческих организаций54. С полным правом все это можно отнести и к правоспособности крестьянского хозяйства. Но если по этому вопросу нет ясности в юридической литературе, то тем более нет ее и на практике. Так, постановлением мэра г. Краснодара от 31 июля 1998 г. было утверждено Положение о порядке регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств на территории г. Краснодара55 и образец Свидетельства о регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. В Положении указывается, что основным видом деятельности главы хозяйства как предпринимателя56 является сельскохозяйственная деятельность, т. е. производство, переработка и реализация сельскохозяйственной продукции. Это может повлечь за собой нарушение прав фермеров, так как нельзя исключить случаев толкования несельскохозяйственной деятельности крестьянского хозяйства (его главы) как противоправной, выходящей за пределы правоспособности крестьянского хозяйства, хотя запрета заниматься такой деятельностью для фермеров нет. Более того, в Законе о подоходном налоге такая деятельность прямо предполагается (там говорится об освобождении от налога в течение пяти лет доходов от сельскохозяйственной деятельности, из чего следует, что могут быть и доходы от несельскохозяйственной деятельности, которые облагаются налогом на общих основаниях). Предпринимательская деятельность крестьянского хозяйства без образования юридического лица иногда рассматривается как простое товарищество или договор о совместной деятельности57. Такая точка зрения представляется спорной При наличии определенного сходства крестьянское хозяйство все же существенно отличается от простого товарищества по очень многим признакам. Так, членов крестьянского хозяйства (особенно семейного) вряд ли целесообразно считать "товарищами". Субъектами этого договора являются либо граждане-предприниматели, либо юридические лица. Граждане, организующие крестьянское хозяйство, в момент его создания предпринимателями не являются58. По договору о совместной деятельности общее имущество товарищей принадлежит им на праве долевой собственности, а в крестьянском хозяйстве "законным" режимом имущества является совместная собственность. В крестьянском хозяйстве возможно, но не обязательно, заключение договора между его членами; если же такой договор не заключается, то о каком простом товариществе можно говорить? Крестьянское хозяйство подлежит регистрации, а договор простого товарищества — нет. Основания прекращения договора простого товарищества (ст. 1050 ПС РФ) также не могут быть распространены на крестьянское хозяйство И, наконец, последнее соображение: если деятельность крестьянского хозяйства считать договором простого товарищества, то и сами нормы п.2 ст. 23 и ст 257-259 ГК РФ лишаются всякого смысла, поскольку в этом случае следует руководствоваться соответствующей главой ГК РФ о простом товариществе. Таким образом, сегодня крестьянское хозяйство можно рассматривать как самостоятельную, особую организационно-правовую форму предпринимательской деятельности граждан в сельском хозяйстве без образования юридического лица на индивидуальной (семейной) или мелкогрупповой основе. Их правовой статус не имеет аналогов в действующем законодательстве59. В новом Законе следовало закрепить лишь крестьянские хозяйства семейного типа, исключив из него указание на возможность создания таких хозяйств "группой лиц". Целесообразно было бы отразить в законе и "профессиональный" признак крестьянского хозяйства, указав, что хотя бы для одного из его членов (главы хозяйства) ведение такого хозяйства должно быть основным видом деятельности ("местом работы"). Другой "профессиональный" признак крестьянского хозяйства косвенно закреплен в ст. 4 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г. и ст. 58 ЗК РСФСР, устанавливающих требования к будущим фермерам. В них, в частности, говорится, что земельный участок для ведения крестьянского хозяйства может быть предоставлен лицу, достигшему 18-летнего возраста и имеющему опыт работы в сельском хозяйстве и сельскохозяйственную квалификацию либо прошедшему специальную подготовку. Эти формулировки подвергались обоснованной, на мой взгляд, критике60 на том основании, что употребление в данном контексте соединительного союза "и" означает, что для создания крестьянского хозяйства гражданину недостаточно только опыта работы в сельском хозяйстве или только сельскохозяйственной квалификации, а требуется наличие одновременно обоих условий. Третьим условием, которое противопоставляется (при помощи союза "либо") первым двум, является "специальная подготовка". Получается, что опыта, даже многолетнего, мало, а краткосрочных курсов "специальной подготовки" достаточно. Такая нечеткость формулировок открывает возможности для злоупотреблений со стороны тех органов, от которых зависит реализация права граждан на создание крестьянского хозяйства. Поэтому следует согласиться с А.Е. Черноморцем, что достаточным для создания крестьянского хозяйства следует признать соответствие главы хозяйства хотя бы одному из перечисленных условий. Одновременно в новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" следовало бы конкретно определить, к кому предъявляются названные выше квалификационные требования: только к главе хозяйства61 или ко всем членам хозяйства. По моему мнению, если крестьянское хозяйство создается несколькими лицами, то предъявляемым требованиям должен соответствовать по крайней мере один из членов хозяйства (не обязательно это должен быть глава). Вместе с тем в литературе предлагалось вообще исключить из законодательства положения о квалификации потенциальных фермеров, как не соответствующие ст. 2 ГК РФ, определяющей допустимые пределы ограничения гражданских прав. Эта точка зрения аргументируется еще и тем, что глава хозяйства, если он сам не обладает необходимыми знаниями, может всегда пригласить к себе на работу опытных агрономов, зоотехников и других специалистов, которые будут оказывать ему помощь в ведении крестьянского хозяйства62; сам же глава хозяйства может выполнять чисто представительские функции63. С такой позицией согласиться трудно, ведь тем самым нарушается сам концептуальный подход к фермеру как собственнику, управляющему и труженику в одном лице. Предъявление к нему определенных "профессиональных" требований соответствует ст. 2 ГК РФ, поскольку это необходимо в целях защиты прав и законных интересов других лиц (всего общества), которым не безразлично, кому передается земля, кому оказывается государственная поддержка и т.п. Поэтому "минимум" знаний, по крайней мере в объеме "специальной подготовки", должен иметь все же хотя бы один из членов хозяйства. Это так же естественно, как прав на управление автомобилем у шофера или медицинского диплома у врача. Безусловно, фермер может нанять соответствующих специалистов, но должным образом организовать их деятельность он сможет лишь при условии, что сам обладает некоторыми знаниями в области сельского хозяйства и сельской экономики. В ряде субъектов РФ к фермерам предъявляются еще более строгие требования. Так, в Краснодарском крае земельные участки для организации крестьянского хозяйства предоставляются гражданам РФ, получившим право на постоянное проживание в крае и проработавшим в сельском хозяйстве по месту постоянного проживания не менее пяти лет. Ясно, что такая норма краевого Закона существенно ограничивает право граждан на создание крестьянского хозяйства64 и может быть обжалована гражданами в Конституционном Суде, как это уже сделано в отношении некоторых других положений названного краевого Закона65. Члены (участники) сельскохозяйственных коммерческих организаций, желающие создать крестьянское хозяйство за счет своего земельного и имущественного пая, должны, как сказано в Законе "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", выйти из состава этих организаций, т.е. прекратить с данной организацией членские (в производственных кооперативах) или трудовые (в иных организациях) отношения. Иначе говоря, ведение крестьянского хозяйства должно стать для них (по крайней мере для главы крестьянского хозяйства) основным "местом работы", основной сферой приложения сил (что, впрочем, не исключает возможности их работы по совместительству, в том числе и в прежней сельскохозяйственной организации)66. Таким образом, фермерство — это определенный род занятий (профессия), что вытекает из характеристики крестьянского хозяйства как формы предпринимательской деятельности. Любая предпринимательская деятельность подлежит государственной регистрации. Не является исключением и фермерство. Важно еще раз подчеркнуть, что в соответствии со ст. 9 Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" и п.2 ст. 23 ГК РФ государственной регистрации подлежит именно крестьянское хозяйство, что автоматически влечет признание главы крестьянского хозяйства предпринимателем. В литературе делались обоснованные, на наш взгляд, выводы, что дополнительной регистрации главы крестьянского хозяйства в качестве индивидуального предпринимателя законодательство не предусматривает67. Однако из ст. 173 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", к сожалению, следует совершенно противоположное, поскольку в ней сказано, что с момента принятия решения о признании крестьянского (фермерского) хозяйства банкротом и об открытии конкурсного производства государственная регистрация главы хозяйства в качестве индивидуального предпринимателя утрачивает силу. Арбитражный суд должен направить копию решения о признании крестьянского хозяйства банкротом и об открытии конкурсного производства в орган, зарегистрировавший его в качестве индивидуального предпринимателя. Правильнее было бы говорить, что утрачивает силу государственная регистрация самого крестьянского хозяйства и что соответствующая копия решения направляется в орган, зарегистрировавший хозяйство. Такое уточнение следовало бы ввести в Закон. В связи с изменением по ГК РФ статуса крестьянского (фермерского) хозяйства в литературе было высказано мнение, что "поскольку Кодекс не предусматривает возможности регистрации самого хозяйства, следовательно, речь идет о регистрации хозяйства до вступления в силу ГК, то есть на основании Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"68. Такое толкование Гражданского кодекса представляется некорректным. Если бы речь шла о крестьянских хозяйствах, созданных до введения в действие ГК РФ, то соответствующая норма, как носящая "временный", "переходный" характер, должна была бы находиться не в самом Кодексе, а в Федеральном законе от 30 ноября 1994 г. "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее — Вводный закон). Однако она помещена в самом Кодексе, т. е. Кодекс прямо говорит о регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств, осуществляющих деятельность без образования юридического лица. Государственная регистрация крестьянского хозяйства имеет отличия от регистрации индивидуальных предпринимателей, поскольку оно создается и регистрируется в порядке, установленном ст. 9 Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве": хозяйство регистрируется районной (городской) администрацией (в современных условиях — регистрационной палатой) по месту нахождения земельного участка после выдачи документов, удостоверяющих права на землю (индивидуальные предприниматели, как известно, регистрируются по месту жительства). Как плательщики взносов в Пенсионный фонд РФ крестьянские хозяйства также регистрируются по месту нахождения, а индивидуальные предприниматели - по месту жительства либо по месту осуществления предпринимательской деятельности69. После регистрации хозяйство может открывать расчетный и другие счета, включая валютный, в учреждениях коммерческих банков, иметь печать, вступать в договорные отношения с другими субъектами предпринимательской деятельности и т.п. В связи с обсуждаемой проблемой хотелось бы обратить внимание на опыт некоторых стран СНГ, в которых органы государственной власти более оперативно реагируют на изменение законодательства. Так, например, по Закону Республики Молдова от 3 января 1992 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве"70 крестьянские хозяйства были наделены правами юридического лица, но республиканским Законом от 27 февраля 1998 г. в названный Закон внесено изменение, согласно которому они этот статус утратили71. Теперь ст. 1 Закона звучит следующим образом: "Крестьянское (фермерское) хозяйство является самостоятельным субъектом экономической системы республики с правом физического лица, производящим, перерабатывающим и реализующим сельскохозяйственную продукцию на основе использования находящихся в частной собственности или взятых в аренду земли и иного имущества". В этом не вполне редакционно удачном определении ("с правом физического лица") обращает на себя внимание тот факт, что крестьянское хозяйство названо самостоятельным субъектом. Меньше чем через год - 24 марта 1999 г. - Правительство Республики Молдова приняло Постановление "Об утверждении Положения о регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств". Названным Положением (с изменениями от 20 августа 1999 г.)72 довольно четко определен порядок регистрации самого крестьянского хозяйства (под собственным наименованием) в специальном регистре, определены документы, представляемые для регистрации, сроки ее осуществления, основания для отказа в регистрации и т.д. Положением утверждена форма Свидетельства о регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства и форма Регистра их учета. Согласно Положению, регистрационный номер и фискальный код также присваиваются самому крестьянскому хозяйству. К сожалению, в России аналогичного акта федерального уровня до сих пор нет, хотя со времени принятия Гражданского кодекса прошло уже почти шесть лет. В результате субъекты РФ вынуждены осуществлять регистрацию крестьянских хозяйств по собственному разумению, что зачастую ведет к нарушению прав фермеров. Так, названным выше Положением о порядке регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств на территории г. Краснодара, по существу, предусмотрена двойная регистрация - сначала само крестьянское хозяйство (без образования юридического лица) регистрируется управлением сельского хозяйства и продовольствия мэрии г. Краснодара, а затем глава хозяйства "должен обратиться в регистрационную палату г. Краснодара для оформления документов, подтверждающих право на ведение предпринимательской деятельности". Соответственно, неясно, почему крестьянское хозяйство считается образованным со дня регистрации в управлении сельского хозяйства и продовольствия, а при прекращении деятельности оно снимается с учета регистрационной палатой г. Краснодара. В Московской области с августа 1997 г. действует Временная инструкция о порядке государственной регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств на территории Московской области, утвержденная областной Регистрационной палатой. Инструкция предусматривает ведение отдельного государственного реестра крестьянских (фермерских) хозяйств Московской области, утверждает форму Свидетельства о государственной регистрации хозяйства. При отсутствии соответствующего федерального нормативного правового акта значение этой инструкции очень велико, хотя она и страдает рядом существенных недостатков, о которых будет сказано ниже при рассмотрении других вопросов. Справедливости ради следует отметить, что Закон о государственной регистрации юридических лиц, предусмотренный ст. 51 ГК РФ, также до сих пор не принят. Что касается индивидуальных предпринимателей, то о том, как должна осуществляться их регистрация, ГК РФ вообще умалчивает. Действующее в настоящее время Положение о государственной регистрации субъектов предпринимательской деятельности утверждено Указом Президента РФ от 8 июля 1994 г., т.е. еще до принятия ГК РФ. В связи со сказанным возникает вопрос о тождестве понятий "государственная регистрация юридического лица" и "государственная регистрация субъекта предпринимательской деятельности". В литературе отмечалось, что "органы юстиции еще не готовы сосредоточить в своих руках государственную функцию регистрации юридических лиц. А в работе регистрационных палат нет и не может быть единообразия. Иногда даже в одной и той же палате разные чиновники устанавливают в меру своего понимания, а скорее непонимания, собственные требования к уставам"73. В отношении крестьянских хозяйств все эти проблемы усугубляются во много раз, учитывая неоднозначное толкование в теории и на практике их правового статуса. Есть разница и в порядке прекращения деятельности (ликвидации) крестьянского хозяйства и индивидуального предпринимателя. Согласно названному Положению от 8 июля 1994 г., государственная регистрация гражданина в качестве индивидуального предпринимателя утрачивает силу в день получения регистрирующим органом заявления предпринимателя об аннулировании его государственной регистрации в качестве предпринимателя и ранее выданного ему свидетельства. Для фермеров этого недостаточно, поскольку одновременно необходимо решить вопрос о дальнейшей судьбе земельного участка, предоставленного для ведения крестьянского хозяйства. Особенностью крестьянского хозяйства является то, что оно ведется, как правило, несколькими лицами сообща. Обычно это глава крестьянского хозяйства и члены его семьи, однако, как уже отмечалось, Закон РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" допускает существование крестьянских хозяйств, членами которых являются граждане, не связанные между собой родственными отношениями. Отсюда следует, что понятие "член хозяйства" не тождественно понятию "член семьи". Член хозяйства не всегда является членом семьи, и наоборот, член семьи может не быть членом хозяйства. Поэтому во избежание ненужных споров в решении администрации и документах (регистрационной карточке и др.) должны быть названы все члены хозяйства. К членам хозяйства указанный Закон относит трудоспособных членов семьи и других граждан, совместно ведущих хозяйство. Из этого положения ясно лишь то, что в отличие, например, от колхозного двора членами хозяйства не признаются малолетние дети. А вот вопрос, с какого возраста гражданин может считаться членом крестьянского хозяйства, не столь очевиден. Исходя из общих начал гражданского (ст. 26 ПС РФ) и трудового (ст. 173 КЗоТ РФ) права, несовершеннолетних, вероятно, можно включать в состав членов крестьянского хозяйства уже с 14 лет. Но поскольку в Законе РСФСР от 22 ноября 1990 г. это четко не закреплено, некоторые субъекты РФ самостоятельно восполняют указанный пробел федерального законодательства. Так, например, в Башкирии членами крестьянского хозяйства могут быть члены семьи, достигшие 16 лет74. Употребление в ст. 1 вышеупомянутого Закона термина "трудоспособные члены семьи" исключает из числа членов крестьянского хозяйства пенсионеров по возрасту и инвалидов, которые формально-юридически считаются нетрудоспособными. Смысл этой нормы не поддается никакому логическому объяснению. Действующее законодательство не запрещает пенсионерам и инвалидам работать в качестве рабочих и служащих, быть членами производственных кооперативов. Поэтому совершенно неясно, с чем связан такой запрет на членство в крестьянском хозяйстве. Представляется, что данную запись в ст. 1 следует признать ошибкой законодателя, тем более что другая норма этого же Закона (п.8 ст. 25) допускает участие в деятельности крестьянского хозяйства пенсионеров и инвалидов именно в качестве членов хозяйства, провозглашая, что за членами крестьянского хозяйства сохраняется ранее назначенная пенсия. Таким образом, исходя не только из "духа" Закона, который не должен без достаточных к тому оснований ограничивать права граждан, но и из его "буквы" (п. 8 ст. 25), следует признать право нетрудоспособных граждан быть членами крестьянского хозяйства, тем более что они признаются таковыми и на практике. В связи со сказанным представляется спорной точка зрения, что утрата трудоспособности вследствие болезни или достижения пенсионного возраста за собой прекращение членства в крестьянском хозяйстве75. Во-первых, как уже отмечалось, нельзя исходить лишь из неудачной формулировки ст. 1 Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г., которая, по сути, опровергается другими статьями этого же Закона. Во-вторых, в названном Законе нигде не оговорены случаи прекращения членства в крестьянском хозяйстве, а тем более по указанному основанию. В- третьих, неясно, как это должно происходить реально: автоматически, на следующий день после установления инвалидности или достижения пенсионного возраста? Очевидно, что это невозможно, особенно учитывая тот факт, что прекращение членства влечет за собой и прекращение отношений собственности. Между тем в ст. 235 ГК РФ, содержащей исчерпывающий перечень оснований прекращения права собственности, такого основания, как утрата трудоспособности, нет. Как уже отмечалось, члены крестьянского хозяйства должны быть указаны в документах о государственной регистрации хозяйства. И хотя в законодательстве этот вопрос не решен, здравый смысл требует, чтобы при изменении членского состава крестьянского хозяйства (в связи с принятием новых членов или выбытием из состава хозяйства) в эти документы также вносились соответствующие изменения, поскольку с признанием гражданина членом крестьянского хозяйства связано наделение его рядом прав и обязанностей (в частности, членам крестьянского хозяйства принадлежит имущество хозяйства и т.п.). Иногда приходилось слышать, что в крестьянском хозяйстве, осуществляющем свою деятельность без образования юридического лица, не может быть членства, так как это не организация и Гражданский кодекс якобы говорит лишь о главе хозяйства. Это совсем не так. Во-первых, потому, что нельзя напрямую связывать понятие "членство" лишь с организациями, имеющими права юридического лица, так как в нашу жизнь и в законодательство давно вошли понятия "член семьи", "член совета трудового коллектива", "член профкома" и т.п. Во-вторых, упоминания о членах крестьянского хозяйства нет в ст. 23 ГК РФ, но оно есть в ст. 257-259 этого же Кодекса, а также в других нормативных правовых актах. Так, ст. 257 ГК РФ закрепляет право общей совместной собственности членов крестьянского хозяйства на имущество хозяйства, Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" защищает их имущественные права при открытии в отношении хозяйства конкурсного производства и т.п. В Законе РСФСР от 22 ноября 1990 г. также есть ряд статей, закрепляющих статус членов хозяйства, и они сохраняют свое действие и для крестьянских хозяйств, осуществляющих деятельность без образования юридического лица. Это, например, ст. 1, определяющая, кто может быть членом крестьянского хозяйства; ст. 22, регулирующая труд в крестьянском хозяйстве не только наемных работников, но и членов хозяйства; ст. 25, касающаяся отношений по государственному социальному страхованию и социальному обеспечению членов крестьянского хозяйства. Следовательно, только на том основании, что в ст. 23 ГК РФ говорится лишь о главе хозяйства, нельзя утверждать, что в крестьянском хозяйстве не может быть членства и что статус членов хозяйства в настоящее время не определен, хотя он безусловно нуждается в уточнении и совершенствовании. Важно подчеркнуть, что в отношениях внутри крестьянского хозяйства все его члены обладают равными правами и несут равные обязанности: они сообща ведут хозяйство с соблюдением норм земельного, экологического и иного законодательства, владеют и пользуются общим имуществом крестьянского хозяйства, трудовые отношения в крестьянском хозяйстве определяются и регулируются членами хозяйства, все члены хозяйства подлежат государственному 75 См.: Земля и право. С.76. 42 социальному страхованию и т. п. Вместе с тем на главу хозяйства возлагается ряд дополнительных обязанностей как во внутренних, так и особенно во внешних отношениях крестьянского хозяйства. Так, глава хозяйства заключает различные гражданско-правовые сделки и трудовые договоры с наемными работниками, распоряжается общим имуществом крестьянского хозяйства (но с согласия всех членов), представляет интересы хозяйства в суде и арбитражном суде и т.п. Таким образом, глава крестьянского хозяйства выступает как его законный представитель76, причем это справедливо и для крестьянских хозяйств, осуществляющих деятельность без образования юридического лица, поскольку и в них глава хозяйства выступает во внешних отношениях не от своего имени, а от имени крестьянского хозяйства. В противном случае не было бы никакого смысла регистрировать крестьянское хозяйство как таковое. Отметим, что до Октябрьской революции 1917 г. домохозяин также рассматривался как законный представитель крестьянского двора77. Многие авторы воспроизводили в своих статьях положение ст. 23 ГК РФ, что глава крестьянского хозяйства "признается предпринимателем". Однако четкого его толкования до сих пор не дано. Неясно, кем (каким органом) глава хозяйства "признается" таковым, в каком порядке и главное - для чего? Позиция ученых по этому вопросу достаточно противоречива. С одной стороны, высказывается мнение, что глава крестьянского хозяйства - это единственный предприниматель, который признается предпринимателем в силу закона, и специалъной его регистрации в качестве индивидуального предпринимателя не предусмотрено78. С другой стороны, те же авторы указывают, что глава хозяйства для получения свидетельства о государственной регистрации его в качестве предпринимателя вместо заявления может подать письменное уведомление администрации соответствующего района, подтвержденное остальными членами хозяйства79. Возникает вопрос, чем так уж существенно "заявление" отличается от "уведомления" и так ли это на самом деле, ведь на практике граждане, создающие крестьянское хозяйство, подают в администрацию именно заявление о предоставлении земельного участка для ведения крестьянского хозяйства (и другие необходимые документы), в котором указываются глава и члены хозяйства. Таким образом, соответствующее заявление можно одновременно рассматривать и как "уведомление". Если же речь идет об "уведомлении", которое подается в связи с изменением статуса ранее созданного крестьянского хозяйства, то, во-первых, глава хозяйства уже фигурирует в таком качестве в ранее принятых решениях, а во-вторых, подает он все же именно заявление о приведении статуса хозяйства в соответствие с ГК РФ. Но этот вопрос не имеет существенного значения. В приведенной выше позиции остается неясным главное: подлежит ли все же глава крестьянского хозяйства государственной регистрации или нет, ведь поставить знак равенства между понятием "признается" и понятием "зарегистрирован" невозможно80. И хотя в ГК РФ глава крестьянского хозяйства "признается предпринимателем", в реальной жизни глава такого хозяйства индивидуальным предпринимателем не только не регистрируется, но и не является, так как он не осуществляет собственную предпринимательскую деятельность, отличную от деятельности крестьянского хозяйства. Это вновь подтверждает вывод, что предпринимателем (совокупным) выступает само крестьянское хозяйство (т.е. все его члены сообща), а глава лишь "признается" таковым для того, чтобы он мог осуществлять представительские функции от имени хозяйства в договорных отношениях, в арбитражном суде и т.п. Это в целом не противоречит ст. 2 ГК РФ, согласно которой участниками регулируемых гражданским законодательством отношений являются граждане и юридические лица, а предпринимательская деятельность осуществляется лицами (физическими либо юридическими). Ведь крестьянское хозяйство, если рассматривать его как семейно-трудовое объединение, - это и есть граждане (физические лица), совместно осуществляющие сельскохозяйственную деятельность без образования юридического лица. Именно в этом качестве оно и должно регистрироваться как субъект предпринимательской деятельности. Такой подход к понятию крестьянского хозяйства, порядку его регистрации, правовому статусу его главы и членов следует в общих чертах закрепить в ПС РФ (путем внесения в него соответствующих изменений), а более подробно раскрыть в новой редакции Закона "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". Проблема определения правового статуса главы крестьянского хозяйства представляет не только теоретический, но и практический интерес. Ведь отождествление крестьянского хозяйства лишь с его главой как предпринимателем, действующим от собственного имени (а не от имени хозяйства), влечет за собой невозможность смены главы крестьянского хозяйства по желанию его членов без ликвидации самого хозяйства. Этого требуют, в частности, налоговые органы, поскольку у них на учет ставится не крестьянское хозяйство, а его глава как предприниматель. Такая практика распространена в Тюменской, Омской областях и многих других регионах81. Она вытекает из неопределенности статуса крестьянского хозяйства и его главы и соответствует нынешним правилам постановки на налоговый учет налогоплательщиков, однако требует изменения. Хозяйствующим субъектом выступает само крестьянское хозяйство как семейно-трудовое (партнерское) объединение граждан, его деятельность не прекращается, хозяйство сохраняет все договорные связи и т.п. В этих условиях требовать ликвидации хозяйства (с соблюдением всех необходимых в этом случае процедур) только на том основании, что меняется глава хозяйства, не только нерационально и лишено всякого смысла, но и нарушает права граждан, ведущих крестьянское хозяйство. Сразу после принятия в конце 1994 г. части первой Гражданского кодекса РФ на практике возник вопрос о правовом статусе крестьянских хозяйств, созданных до введения ГК в действие. Выявились две основные точки зрения. Согласно одной из них, после вступления в силу части первой ГК РФ все ранее созданные крестьянские хозяйства - юридические лица автоматически утратили этот статус и теперь рассматриваются как предпринимательская деятельность без образования юридического лица82. Однако есть и другое мнение, разделяемое и нами: автоматически права юридического лица не утрачиваются и пока изменения правового статуса крестьянского хозяйства не зарегистрированы в установленном порядке, продолжает оставаться юридическим лицом83. Такой вывод следует прежде всего из ст. 7 Вводного закона, в которой говорится о необходимости регистрации изменений правового статуса крестьянских хозяйств в связи с приведением его в соответствие с нормами части первой ГК РФ и об освобождении фермеров при этом от уплаты регистрационного сбора. Иначе говоря, речь идет о совершении фермерами определенных активных действий. При этом они имеют возможность выбора — стать предпринимателями по ст. 23 ГК или преобразовать крестьянское хозяйство в коммерческую организацию на основе ст. 259 ГК. Если же исходить из того, что крестьянское хозяйство утрачивает права юридического лица автоматически, то по сути дела никакая "регистрация изменений статуса" просто не нужна. Эта проблема во многом возникла "благодаря" неудачной редакции ст. 7 Вводного закона. Для других организационно-правовых форм в данном Законе либо были названы конкретные сроки приведения их статуса в соответствие с ГК РФ, либо сделаны отсылки к соответствующим федеральным законам, которые определят эти сроки. В отношении крестьянских хозяйств не установлено ни того, ни другого, что и вызвало неоднозначное толкование Вводного закона. Вывод об "автоматической" утрате крестьянскими хозяйствами прав юридического лица обосновывают также и тем, что новое законодательство (ГК РФ) прекращает действие старого (Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве") в той части, в которой оно противоречит ГК. И это правильно, но лишь с той оговоркой, что действие противоречащих ГК норм прекращается на будущее время. Статуса ранее созданных крестьянских хозяйств это ни в коей мере не касается. Для сравнения отметим, что, согласно Вводному закону, полностью (за исключением ст. 34, 35, посвященных регистрации предприятий) утратил силу Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. "О предприятиях и предпринимательской деятельности", однако, например, индивидуальные (семейные) частные предприятия, созданные по этому Закону, вправе были продолжать свою деятельность в этом качестве до 1 июля 1999 г. (п. 5 ст. 6 Вводного закона), хотя в новом ГК такой организационно-правовой формы коммерческой организации нет. То же самое происходит и с крестьянскими хозяйствами - юридическими лицами. Таким образом, сейчас легально существуют два типа крестьянских хозяйств. Те из них, которые были организованы после 8 декабря 1995 г., осуществляют свою деятельность без образования юридического лица. Глава такого крестьянского хозяйства является предпринимателем со дня государственной регистрации хозяйства. Что касается крестьянских хозяйств, созданных до введения в действие ПС РФ и пока не перерегистрировавшихся, то они остаются юридическими лицами. Автоматически их правовой статус не изменяется. Однако постепенно число таких хозяйств будет сокращаться. При этом часть фермеров перейдет на положение предпринимателей без образования юридического лица, другая часть создаст на базе имущества крестьянского хозяйства коммерческую организацию в одной из организационно-правовых форм, предусмотренных ГК. Особенно быстро пойдет этот процесс после того, как законодателем будут определены "последний срок" перерегистрации и последствия его несоблюдения. Такие нормы могут быть предусмотрены, в частности, в новой редакции Закона " крестьянском (фермерском) хозяйстве" или в другом федеральном законе. Требовать перерегистрации крестьянских хозяйств в условиях, когда новый Закон об этой форме предпринимательской деятельности еще не принят и их правовой статус в ГК четко не определен, было бы преждевременно, так как после принятия данного Закона, возможно, потребуются еще какие-то изменения правового статуса крестьянского хозяйства. Такая схема (принятие Закона о соответствующей организационно-правовой форме и определение в нем сроков приведения статуса той или иной организации в соответствие с ним) была принята в отношении сельскохозяйственных кооперативов, акционерных обществ, обществ с ограниченной ответственностью, и неясно, почему нужно отказываться от нее, когда речь заходит о крестьянском хозяйстве. В связи со сказанным представляется неверным вывод о том, что "законодатель устанавливает единый статус крестьянских (фермерских) хозяйств"84 на основе анализа Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", который предусмотрел особенности банкротства крестьянских хозяйств по сравнению с иными индивидуальными предпринимателями и обычными гражданами, но не указал на особенности банкротства данных хозяйств как юридических лиц. Конечно, названный Закон исходит из того, что крестьянское хозяйство представляет собой деятельность граждан без образования юридического лица. Однако необходимо вспомнить, что по некорректной формулировке Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г. имущество крестьянского хозяйства, имеющего статус юридического лица, принадлежало не юридическому лицу на основании какого-либо вещного права, а самим членам крестьянского хозяйства на праве общей собственности. Следовательно, в настоящее время нормы Закона о банкротстве, исходящие из тех же посылок, основанных на ГК РФ, вполне могут быть применены и к ранее созданным крестьянским хозяйствам, имеющим права юридического лица. Вопрос о порядке и сроках приведения статуса ранее созданных крестьянских хозяйств в соответствие с ГК РФ (иногда эту процедуру для простоты называют перерегистрацией, что, конечно, юридически не совсем точно) получил свое новое развитие в начале 1999 г., когда крестьянские хозяйства чуть ли не повсеместно стали обязывать привести свой статус в соответствие с ГК РФ до 1 июля 1999 г. В этом проявилось существовавшее и ранее отождествление крестьянского хозяйства с индивидуальным (семейным) частным предприятием, ведь именно для этих предприятий указанная дата являлась "последним сроком", по истечении которого они подлежали ликвидации в судебном порядке по требованию органа, осуществляющего государственную регистрацию соответствующих юридических лиц, налогового органа или прокурора (п. 5 ст. 6 Вводного закона). Однако, как отмечалось выше, крестьянское хозяйство не является индивидуальным (семейным) частным предприятием (далее - ИЧП), это самостоятельная организационно-правовая форма. ИЧП создавались на основе Закона РСФСР "О предприятиях и предпринимательской деятельности". Сейчас ГК РФ такой организационно-правовой формы не предусматривает, поэтому ИЧП должны были до 1 июля 1999 г. выбрать для себя какую-то иную форму юридического лица. Что касается крестьянских хозяйств, то о них в Законе "О предприятиях и предпринимательской деятельности" не говорилось; они создавались на основе другого закона - Закона РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве", который продолжает действовать в части, не противоречащей ГК РФ. Новый Гражданский кодекс (ст. 23, 257-259) также сохраняет форму крестьянского (фермерского) хозяйства (хотя и без прав юридического лица). Следовательно, на 84 Григоренко С. Указ. соч. С.26. крестьянские хозяйства не могут распространяться нормы Вводного закона, адресованные ИЧП. В целях пресечения незаконной практики обязывания крестьянских хозяйств, созданных как юридические лица, к изменению их правового статуса по поручению тогдашнего вице-премьера Правительства РФ по сельскому хозяйству Г.В. Кулика Министерство юстиции подготовило 30 апреля 1999 г. разъяснение по этому вопросу, в котором сказано, что предельные сроки для приведения правового статуса крестьянских (фермерских) хозяйств, созданных до введения в действие гл. 4 ГК РФ, в соответствие с положениями ГК РФ никакими федеральными законами не установлены. Это разъяснение было доведено Минюстом, Министерством по налогам и сборам и Минсельхозпродом РФ до подведомственных структур85. В связи со сказанным странным представляется утверждение Е.А. Галиновской, что для правового положения крестьянского хозяйства по Закону РСФСР от 22 ноября 1990 г. "было характерно то, что крестьянское хозяйство пользовалось правами юридического лица, одновременно юридическим лицом не являясь"86. Аналогичную точку зрения высказывает и О.А. Макарова. Она также считает, что ни по этому Закону, ни по ГК крестьянское хозяйство никогда не определялось в качестве юридического лица, а рассматривалось лишь как самостоятельный хозяйствующий субъект с правами юридического лица, поэтому "приводить статус крестьянского хозяйства в соответствие с нормами ГК просто нет необходимости"87. Но если встать на эту точку зрения, то значит с принятием ГК РФ ничего не изменилось? А тогда непонятно, почему Вводный закон все же требует приведения статуса крестьянских хозяйств в соответствие с нормами ГК РФ и к чему, собственно, принуждали фермеров налоговые органы. Добавлю, что, конечно, толковать слова Закона РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" о том, что крестьянское хозяйство является "субъектом с правами юридического лица", можно по-разному. Но нельзя забывать, что, например, Конституционный Суд, принимая решения о соответствии или несоответствии Конституции РФ того или иного акта, оценивает как буквальный смысл этого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой (ст.74 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. "О Конституционном Суде Российской Федерации"88). Крестьянские же хозяйства, созданные до введения в действие ГК РФ, рассматривались и рассматриваются и регистрирующими, и налоговыми, и судебными органами именно как юридические лица, и с этим нельзя не считаться. Таким образом, параллельное существование двух типов (видов) крестьянских хозяйств — зарегистрированных как юридические лица и осуществляющих свою деятельность без образования юридического лица — до недавнего времени можно было рассматривать как реальность нашей жизни, вытекающую из действующего законодательства и признанную арбитражной практикой. Так, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 10 марта 1998 г. № 7640/97 говорилось о неправомерности прекращения производства по делу в отношении крестьянского хозяйства "Универсал", созданного в 1992 г., независимо от того, действует ли оно в качестве юридического лица или на основании ст. 23 ГК РФ. Тем самым признается возможность существования в настоящее время двух разновидностей крестьянских хозяйств: с правами юридического лица (созданных до введения в действие ГК РФ) и без таковых (действующих на основании ст. 23 ГК  В Постановлениях от 11 ноября 1997 г. № 3917/97 и № 3976/97, вынесенных в отношении крестьянских (фермерских) хозяйств "Телец" и "Аксенов Р.Т.", подчеркивалось, что названные хозяйства зарегистрированы в установленном порядке еще в 1992 г. и в соответствии с Законом РСФСР "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" приобрели статус юридического лица. До обращения в суд хозяйства своего правового статуса не изменили. При таких обстоятельствах выводы кассационных инстанций о том, что главы названных крестьянских хозяйств являются предпринимателями без образования юридического лица, нельзя признать обоснованными. В названных и других аналогичных постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ90 сам факт изменения крестьянскими хозяйствами своего статуса не обусловливается никакими сроками; это зависит в настоящее время лишь от желания самих фермеров. Государственная налоговая служба РФ Письмом от 22 января 1998 г. № ВК-6- 11/56 направила своим подразделениям Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 ноября 1997 г. для сведения и использования в работе при решении вопросов налогообложения крестьянских (фермерских) хозяйств, зарегистрированных до введения в действие части первой Гражданского кодекса РФ. Однако другой высший судебный орган - Конституционный Суд РФ занял по рассматриваемому вопросу прямо противоположную позицию. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. говорится: "Используя для определения субъекта тарифообложения термин "крестьянское (фермерское) хозяйство", Федеральный закон от 4 января 1999 года допускает тем самым, что плательщиками страховых взносов являются не только крестьянские (фермерские) хозяйства, осуществляющие деятельность без образования юридического лица, но и крестьянские (фермерские) хозяйства - юридические лица, созданные до введения в действие части первой ГК Российской Федерации, что противоречит указанным нормам гражданского и налогового законодательства, в соответствии с которыми плательщиком страховых взносов в данном случае может быть только глава крестьянского (фермерского) хозяйства как индивидуальный предприниматель". По перечисленным выше причинам такое толкование действующего законодательства трудно признать обоснованным. Для тех крестьянских хозяйств с правами юридического лица, которые решили привести свой правовой статус в соответствие с ГК РФ, также возникают свои сложности, ведь здесь по сути дела речь должна идти не о приведении статуса в соответствие с ГК РФ, а о реорганизации в форме преобразования крестьянского хозяйства в другую организационно-правовую форму, а именно - в форму предпринимательской деятельности без образования юридического лица на основе ст. 23 ГК РФ либо в форму хозяйственного товарищества или производственного кооператива в порядке, предусмотренном ст. 259 ГК РФ, поскольку в обоих случаях деятельность крестьянского хозяйства не прекращается и имеет место правопреемство. Следовательно, на крестьянское хозяйство возлагается обязанность уведомить о реорганизации своих кредиторов, предусмотренная ст. 60 ГК РФ. Вместе с тем классическая реорганизация по ГК РФ (преобразование юридического лица одного вида в юридическое лицо другого вида) имеет место лишь в случае создания на базе имущества крестьянского хозяйства хозяйственного товарищества или производственного кооператива. Преобразование же юридического лица в форму предпринимательской деятельности без образования юридического лица самим Гражданским кодексом РФ не предусматривается. На практике это приводит к тому, что в некоторых регионах органы, регистрацию субъектов предпринимательской деятельности, требуют в таких случаях ликвидации крестьянского хозяйства как юридического лица и лишь после этого регистрируют его вновь в другом качестве. Такой порядок закреплен, в частности, во Временной инструкции о порядке государственной регистрации крестьянских (фермерских) хозяйств на территории Московской области. Аналогичный подход высказан и начальником управления регистрации юридических и физических лиц Ленинградской областной регистрационной палаты Е.П. Горбуновой, которая считает, что крестьянское хозяйство без образования юридического лица (с прежним составом членов, земельным участком, оставшимся после удовлетворения требований кредиторов имуществом, и т.п.) может быть вновь зарегистрировано лишь после полного осуществления процедуры ликвидации крестьянского хозяйства - юридического лица. По ее мнению, данный путь изменения правового статуса труден, но безупречен с точки зрения законодательства и защиты прав кредиторов крестьянского хозяйства91. Думается, что такой порядок следует признать неправомерным и противоречащим Вводному закону (хотя, конечно, его формулировки оставляют желать лучшего), который требует от крестьянских хозяйств не самоликвидации, а лишь приведения статуса в соответствие с ГК РФ. А после этого крестьянское хозяйство без образования юридического лица продолжает осуществлять ту же деятельность, которой оно занималось и прежде. Однако в целях защиты прав кредиторов необходимо при приведении статуса хозяйств в соответствие с ГК РФ включать в регистрационные документы положение о правопреемстве крестьянского хозяйства без образования юридического лица по всем обязательствам ранее существовавшего крестьянского хозяйства - юридического лица. Это положение следует закрепить в качестве дополнения во Вводном законе. В литературе отмечалось, что законодательное изменение статуса крестьянского хозяйства отвечает интересам членов данного хозяйства. Так, Ю. Вольдман полагает, "что законодателем глава крестьянского хозяйства признан предпринимателем, а само хозяйство лишено статуса юридического лица для того, чтобы уменьшить налоги крестьянского хозяйства по сравнению с налогами юридических лиц, упростить бухгалтерский и иной учет и отчетность и тем самым укрепить экономическое положение, дать возможность употребить на крестьянский труд в своем хозяйстве время, затрачиваемое на различный учет и отчетности"92. С. Григоренко также считает, что с точки зрения налогообложения фермерам выгоднее быть предпринимателями без образования юридического лица93. Однако значительная часть фермеров придерживаются противоположного мнения. Они болезненно восприняли требование о перерегистрации и настаивают на признании крестьянских хозяйств юридическими лицами, как это было по Закону РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". Это пожелание фермеров нашло отражение в Постановлении Правительства РФ от 3 мая 1999 г.94, в п. 9 которого дано поручение Минсельхозпроду и Минэкономики России подготовить совместно с АККОР предложения о внесении изменений в Гражданский кодекс РФ по вопросу придания крестьянским (фермерским) хозяйствам статуса юридического лица. При обсуждении данной проблемы выявилось два основных подхода. Первый заключается в том, чтобы закрепить в гл. 4 ГК РФ крестьянское хозяйство в качестве самостоятельной организационно-правовой формы коммерческой организации. Однако для этого крестьянское хозяйство не отвечает принципу абстрактности (универсальности), присущему другим организационно-правовым формам юридических лиц, так как форма крестьянского хозяйства может использоваться лишь в сельском хозяйстве. Согласно другой точке зрения, крестьянское хозяйство с правами юридического лица может существовать в любой из имеющихся организационно-правовых форм коммерческих организаций (кроме унитарного предприятия). Следует отметить что такие мнения высказывались в юридической литературе и ранее95,однако они представляются достаточно спорными. Возникает вопрос, какие нормы законодательства будут применяться к крестьянским хозяйствам, созданным "в форме товарищества на вере, общества с ограниченной ответственностью или производственного кооператива", поскольку каждая из организационно-правовых форм (в том числе крестьянское хозяйство) имеет свои специфические особенности. Поэтому ничего, кроме путаницы, легализация создания "крестьянского хозяйства в форме кооператива или общества" не даст. Кроме того, неясно, зачем создавать "крестьянское хозяйство в форме общества (кооператива)". Для сторонников данной позиции ответ очевиден — чтобы быть юридическим лицом. Но почему нельзя создать просто общество или просто кооператив, не именуя его одновременно крестьянским хозяйством — на этот вопрос вразумительного ответа дать не может никто, ведь как сельскохозяйственные товаропроизводители такие общества (кооперативы) будут пользоваться соответствующими льготами, равно как и льготами, адресованными субъектам малого предпринимательства (при условии, что они будут отвечать требованиям, предъявляемым к таким субъектам). При таком подходе неизбежно возникает еще один нюанс — если крестьянское хозяйство может быть создано в форме общества (кооператива), то, вероятно, возможна и обратная ситуация — ранее созданное общество (кооператив) может "добавить" к своему наименованию слова "крестьянское хозяйство", поскольку сейчас никаких критериев отграничения "крестьянских хозяйств - обществ" от "просто" обществ нет, тем более что действующее законодательство допускает создание крестьянских хозяйств "группой лиц". Таким образом, если законодатель все же воспримет эту концепцию (которая, повторяю, представляется мне весьма спорной), то необходимо будет по крайней мере четко закрепить в Законе указание на семейный характер крестьянского хозяйства, с тем чтобы общества (кооперативы), созданные не на семейной основе, именоваться крестьянскими хозяйствами не могли. Впрочем, принцип организации крестьянского хозяйства на семейной основе должен стать определяющим при любом подходе к этой организационно-правовой форме, будь то деятельность без образования юридического лица, особая форма коммерческой организации или "крестьянское хозяйство в форме общества или кооператива". Если предложения о "возврате" крестьянскому хозяйству статуса юридического лица и закреплении его в гражданском законодательстве будут приняты, то в этом случае следует обсудить целесообразность сохранения в качестве особой разновидности крестьянских хозяйств, осуществляющих деятельность без образования юридического лица. На мой взгляд, существование под одним наименованием двух разновидностей хозяйств (с правами и без прав юридического лица) — далеко не лучший вариант, при котором неизбежны путаница и неопределенность, сложности в законодательном регулировании, поскольку в законодательстве каждый раз придется оговаривать, к какой из перечисленных разновидностей крестьянского хозяйства (или к обеим из них) относится то или иное положение. На мой взгляд, более рациональным представляется путь тщательного урегулирования правового статуса крестьянских хозяйств, осуществляющих свою деятельность без образования юридического лица, в самом Гражданском кодексе РФ и в специальном Законе "О крестьянском (фермерском) хозяйстве". Если же законодатель воспримет иную точку зрения и пойдет по пути придания крестьянскому хозяйству статуса юридического лица, то статьи, регламентирующие деятельность крестьянских хозяйств без образования юридического лица, из ГК РФ целесообразно будет исключить. Но как бы то ни было, в любом случае существенной доработки потребует не только Гражданский кодекс, но и акты других отраслей законодательства.