3.2. Рекомендации по внесению изменений в действующее законодательство
Проведенное исследование позволило автору работы выявить
ряд законодательных проблем и неточностей в законодательном
регулировании вопросов, связанных с правом частной собственности на
землю юридических лиц. В связи с чем, в данном параграфе
монографии будут предложены определенные законодательные
решения по внесению изменений в действующее законодательство.
субъектов права к этому участку и по поводу него. В связи с этим
думается, что п. 1 ст.15 ЗК РФ необходимо изложить в следующей
редакции: "В собственности граждан и юридических лиц, а равно
собственности иностранных граждан, лиц без гражданства и
иностранных юридических лиц (частной собственности) находятся
земельные участки, приобретенные гражданами, юридическими
лицами, иностранными гражданами, лицами без гражданства и
иностранными юридическими лицами по основаниям,
предусмотренным законодательством Российской Федерации".
П.3 данной статьи раскрывает правовой режим иностранных
граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц в
отношении права собственности на земельные участки. В соответствии
с анализируемыми нормами иностранные граждане, лица без
гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на
праве собственности земельными участками, находящимися на
приграничных территориях.
Законодателем также определено, что государственной
собственностью являются земли, не находящиеся в собственности
граждан, юридических лиц или муниципальных образований. В связи с
этим, в ст.17 ЗК указаны категории земель, находящихся в
собственности Российской Федерации:
‐ земельные участки, которые признаны таковыми
федеральными законами;
‐ право собственности Российской Федерации, на которые
возникло при разграничении государственной собственности на землю;
‐ земельные участки, которые приобретены Российской
Федерацией по основаниям, предусмотренным гражданским
законодательством.
В ст. 18 ЗК РФ перечисляются земельные участки, находящиеся в
собственности субъектов Федерации, а в 19 ЗК указывается
муниципальная собственность на землю.
Обобщая все вышесказанное, можно определить, что данная
глава регулирует вопросы, связанные с основаниями приобретения
права собственности на землю. В частности, в ней определены
принципиальные подходы, в соответствии с которыми граждане,
юридические лица, Российская Федерация, субъекты Российской
Федерации и муниципальные образования могут стать собственниками
земельных участков. В связи с этим думается, что в данном случае
выражение "Собственность на землю" неприменимо к тем
положениям, которые отражены в данной главе. Таким образом, по
мнению автора данной работы, главу 3 Земельного кодекса
необходимо формулировать как "Право собственности на земельные
участки", так как собственность есть общественное отношение,
объектом которого являются земельные участки.
2. Интерес представляет вопрос о добросовестном владении
земельным участком юридическим лицом. В соответствии с со ст.302 ГК
РФ, незаконный владелец признается добросовестным, если он,
приобретая имущество, не знал и не должен был знать, что лицо, у
которого он приобрел имущество, не имело права его отчуждать. Если
же незаконный владелец, приобретая имущество, знал или должен
был знать о том, что лицо, у которого он приобретает имущество, не
имеет права на отчуждение этого имущества, то он является
недобросовестным. Это положение в равной мере относится и к
юридическим лицам, как субъектам права.
Думается, что данная норма является не совсем корректной, так
как при ее составлении законодателем не учтено положение, в силу
которого незаконным владельцем может быть также лицо, чьими
действиями нарушено субъективное право собственности другого лица.
Такая непродуманность законодательного решения
обсуждается сегодня учеными. Одни авторы предлагают изложить п. 1
ст. 302 ГКРФ в следующей редакции: "Приобретатель признается
добросовестным, если он не нарушил своими действиями право собственности и, приобретая имущество, не знал и не должен был
знать, что лицо, у которого он приобрел имущество по
предусмотренным законом основаниям, не имело права его отчуждать.
Если имущество возмездно приобретено добросовестным
приобретателем, то собственник вправе истребовать это имущество, в
случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому
имущество было передано собственником во владение, либо
похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем
помимо их воли"1.
Другие авторы, предлагают дополнить ст. 302 ГК РФ нормой,
следующей формулировки: "Право собственности на движимое
имущество возникает у добросовестного приобретателя (лица, которое
не знало и не могло знать о неуправомоченности отчуждателя) на
основании возмездной сделки об отчуждении этого имущества с
лицом, не имеющим права его отчуждать". Автор поясняет, что такое
правило применимо лишь к движимым вещам, т.к. регистрационный
принцип оборота недвижимости предполагает исключение
возможности добросовестного приобретения чужого имущества"2.
По нашему мнению, в данной дискуссии необходимо занять
позицию М.А. Александриной, так как указанное ей решение является
наиболее полным и не ограничивается в применении только по
отношению к движимым вещам. В связи с этим, п. 1 ст. 302 ГК РФ
необходимо изложить в следующей редакции: "Приобретатель
признается добросовестным, если он не нарушил своими действиями
право собственности и, приобретая имущество, не знал и не должен
был знать, что лицо, у которого он приобрел имущество по предусмотренным законом основаниям, не имело права его отчуждать.
Если имущество возмездно приобретено добросовестным
приобретателем, то собственник вправе истребовать это имущество, в
случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому
имущество было передано собственником во владение, либо
похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем
помимо их воли".
3. Несмотря на то, что юридическое лицо может любым
способом, не противоречащим законодательству, распоряжаться
земельным участком, находящимся у него в собственности,
законодателем допускается возможность реквизиции земельного
участка. Необходимо отметить, что в период разработки нового
гражданского законодательства некоторые ученые указывали на
необходимость отказа в гражданском праве от норм, направленных на
учет публично‐правовых интересов. В связи с этим С.С. Алексеев
утверждал, что до тех пор, пока гражданское законодательство, законы
о собственности, предпринимательстве, все аналогичные законы не
будут признаны и конституированы в общественном и юридическом
бытии в качестве частного права, у нас не будет действительной
частной собственности, предпринимательства, частной инициативы,
права крестьян на землю1.
Мнение, высказанное ученым, является ошибочным, а
правильную позицию занимает Е. Богданов, который утверждает, что
гражданское законодательство имеет частно‐публичную
направленность, обусловленную объективными причинами развития
общества. Признание наряду с частным также и публичного характера
гражданского законодательства позволит достичь баланса интересов
частного и публичного, предупредить эксцессы в обществе, адекватно
регулировать имущественные отношения1.
Согласно п. 1 ст. 242 ГК РФ в случаях стихийных бедствий,
аварий, эпидемий, эпизоотии и при иных обстоятельствах, носящих
чрезвычайный характер, имущество в интересах общества по решению
государственных органов может быть изъято у собственника в порядке
и на условиях, установленных законом, с выплатой ему стоимости
имущества (реквизиция). Это положение дополняется нормами
Земельного кодекса, в котором закреплено, что случаях стихийных
бедствий, аварий, эпидемий, эпизоотии и при иных обстоятельствах,
носящих чрезвычайный характер, земельный участок может быть
временно изъят у его собственника уполномоченными
исполнительными органами государственной власти в целях защиты
жизненно важных интересов граждан, общества и государства от
возникающих в связи с этими чрезвычайными обстоятельствами угроз с
возмещением собственнику земельного участка причиненных убытков
(реквизиция) и выдачей ему документа о реквизиции.
Определенным недочетом в конструкции как ГК, так и
Земельного кодекса, по моему мнению, является то, что в нормах этих
правовых актов не раскрываются такие понятия, как: стихийные
бедствия, эпидемии, эпизоотии и так далее. Для раскрытия и анализа
этих понятий правоприменителю необходимо обращаться к иным
нормативным актам, что не является верным.
В частности, для определения понятия "чрезвычайная
ситуация", правоприменителю необходимо обратиться к нормам
Федерального закона "О защите населения и территорий от
чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера"2,
который определяет общие для Российской Федерации
организационно‐правовые нормы в области защиты граждан РФ,
иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на
территории РФ, всего земельного, водного, воздушного пространства в
пределах РФ или его части, объектов производственного и социального
назначения, а также окружающей природной среды от чрезвычайных
ситуаций природного и техногенного характера.
В соответствии со ст.1 данного Федерального закона, под
чрезвычайной ситуацией понимается обстановка на определенной
территории, сложившаяся в результате аварии, опасного природного
явления, катастрофы, стихийного или иного бедствия, которые могут
повлечь или повлекли за собой человеческие жертвы, ущерб здоровью
людей или окружающей природной среде, значительные
материальные потери и нарушение условий жизнедеятельности людей.
Понятие "авария" находит свое законодательное закрепление в
рамках Федерального закона "О промышленной безопасности опасных
производственных объектов"1. Так, авария ‐ разрушение сооружений и
(или) технических устройств, применяемых на опасном
производственном объекте, неконтролируемые взрыв и (или) выброс
опасных веществ (ст.1 Закона).
Реквизиция земельного участка допускается также в случаях
эпидемии (инфекционное заболевание, представляющее опасность для
окружающих) ‐ инфекционное заболевание человека,
характеризующиеся тяжелым течением, высоким уровнем смертности
и инвалидности, быстрым распространением среди населения2
В связи с этим считается необходимым дополнить и
Гражданский и Земельный кодексы статьями, дающими определение
понятий, включаемых в правовую конструкцию реквизиции.